Что дальше! Цель — 42 км 195 м

До каких пор можно увеличивать нагрузки, какова предельная дистанция для поклонника оздоровительного бега? К какому рубежу стремиться? Эти вопросы неизбежно вставали перед нами. По воскресеньям мы уже давно бегали 20, а иногда и 30 км, а ребята с Костей как-то пробежали 35. Вопрос о марафоне повис в воздухе, как лондонский туман, но все молчали, среди нас не было единства: ребята были сторонниками пробежек в лесах и полях, я же считал, что такую дистанцию можно одолеть только на шоссе.
дистанция для поклонника оздоровительного бега

И тут началось. В выпусках КЛБ "Советского спорта" только и разговоров, что о марафонской дистанции! Марафон очный, заочный, весенний, осенний, Все на марафон! Все бегут марафон! Настоящий марафонный бум. И отчеты, отчеты, отчеты!.. Оказывается, это очень легко и просто — бежать марафон. Наступает, правда, один неприятный момент на дистанции, но он быстро проходит и о нем лучше не вспоминать.

КЛБ Московского Дома ученых 50-летний юбилей своего коллеги отмечает пробегом на соответствующую дистанцию, но и этого, оказывается, мало. Одесситы идут дальше, и появляется новая формула бега — даешь 100 км за сутки! Трудную стокилометровую трассу, проходящую по кольцу обороны Одессы, победитель Виталий Коваль из Терскола пробегает за 6 час. 26 мин. Если так пойдет и дальше, то скоро мы настигнем рекордсмена в суточном беге американца Стена Котрела, который за 24 часа пробежал 276,6 км.

С прошлого года у меня в голове засела мысль о Всесоюзном пробеге памяти академика С.П. Королева, который ежегодно проводится в подмосковном городе Калининграде. Почти единственное место в стране, где со всего Советского Союза собираются такие же любители бега, как и мы. Поехать бы, посмотреть, пробежаться в компании! Две тысячи человек в забеге — это же сила! Пишу письмо председателю знаменитого Калининградского "Муравья" Владимиру Волкову и вскоре приходит вызов. Бегу к ребятам — едем?! Но мой пыл быстро охладили.

— Сколько ты думаешь бежать?
— Я сравнительно легко пробегаю 30 км, значит, на "двадцатке" буду чувствовать себя уверенно. Советовался со стайерами — сказали: "разумно".
— Это несерьезно, — возразил Саша, — за "двадцатку" тебе никто спасибо не скажет. Вот если бы ты пробежал марафон на официальных соревнованиях!
И их поразил марафонный вирус!
— Но мы же к марафону не готовы, а до старта всего две недели!
— Вот поэтому и не поедем!
Как ушат холодной воды вылили. Я знал, что убеждать и спорить бесполезно. Ехать одному? Плохо. И я решил взять с собой двух наших женщин — Н. Шашенкову и А. Маклецову. Они легко пробегали 13-километровый круг в Красном бору, значит, "десятку" выдержат. А сам ходил и маялся. "Двадцатку" — несерьезно... вот если бы... но я же никогда не бегал больше 30 км, а марафон-то, говорят, только начинается с тридцать пятого... Но я уже знал, что побегу. Пошел во врачебно-физкультурный диспансер к нашему ангелу-хранителю Тамаре Александровне Мазуриной и оформил медицинскую карту на 42 км 195 м. Дома скрыл — мать сердечница. И тут перед самым отъездом мне сюрприз: 6 сентября мои мужчины бежали марафон сами, втихомолку. Этого следовало ожидать. Все, теперь и мне отступать некуда. Узнаю подробности, они не утешают. Всю дистанцию преодолели лишь Игорь с Османом (4 часа 15 мин). Саша после 30 км перешел на ходьбу, потом опять бежал и незадолго до финиша остановился окончательно. Они двигались по лесу и проселку. Миша бежал в то же самое время, но один по шоссе (трасса "Марафон") и тоже не добежал до финиша 2 км. Ребята рассказывали странные вещи: Миша в конце дистанции хохотал, как сумасшедший, а Саша то смеялся, то плакал. Говорит, терял сознание...

Настроение — хуже некуда. И я составил единственно возможный для себя график бега. Первую "десятку" бегу в четверть силы, — 60 мин, так, чтобы ее не заметить, будто бы ее и вовсе не было. Тогда-то уж оставшиеся 32 пробегу! (О, святая простота!) Второй час — вполсилы, 11 км. Итого 21 км, ровно половина. Вторую половину бегу в привычном темпе — 5 мин. 30 сек. — 1 км. На финише накатываю (терпеть я научился). В итоге получалось, что одолею дистанцию быстрее четырех часов, а контрольное время — 4 часа 15 мин. — Все в порядке, — решил я.

Так закончилась психологическая подготовка.
И вот забег 13 сентября 1981 г. Ухожу со старта последним — спешить некуда. Позади только семейный забег из "Муравья" — папа, мама, дети. Первую "десятку" бежал совсем один: все впереди. На контроле — 1 час ровно! Выпил чаю. Начал чуть-чуть увеличивать скорость. Ага! Догоняю целую группу из Саратовского "Кристалла": двоих ребят с девушкой и с ними Галю Устинову из "Муравья". Все бегут марафон. Незаметно, очень легко и весело, пролетели вторую "десятку". Мы опять на старте, и все начинается сначала (кольцевая трасса состояла из четырех десятикилометровых отрезков). Еще раз повторить то же самое — и все! Делать нечего. Что значит бежать в группе! Действительно марафон — развлечение, и как я этого раньше не знал! А время — 2 час. 03 мин. Как это?! Мы же так быстро и весело бежали! Оказалось, весело, но не быстро. А на питательном пункте мы останавливались и ждали, пока попьют женщины... не меньше трех минут. Настроение сразу падает, график под угрозой срыва. Если так пойдет и дальше, можем не уложиться в контрольное время. Я начинаю прибавлять: чувствую, силы еще есть. И вдруг Оля Найденова резко сбавляет темп: судорога свела бедра.
— Мы остаемся, — заявляют ребята. — Мы решили провести женщин — первый раз бегут марафон.

Вот это да! Молодцы ребята, настоящие мужчины, я бы на такое не решился.
Опять я один. Ладно, делать нечего, надо бежать. Потихоньку набираю скорость и бегу в привычном для себя темпе. И вдруг влетаю в какие-то узкие улочки, переулки-закоулки. Что это?! Проскочил поворот, заблудился! С трудом, с помощью велосипедиста, выбираюсь на трассу. Сколько я потерял? Минут пять, не меньше... С темпа сбился, весь в мыле, настроение ужасное. Контроль — 25-й километр, но почему-то нет питательного пункта. Минут через десять я начал сдавать. Слабость, тошнота, повело в стороны. Руки трясутся, не слушаются, зубами разрываю пластмассовый пакетик с олимпийским медом. Ничего не понимаю — это же двадцать седьмой, а не тридцать пятый километр. Я же бегаю "тридцатку", в чем дело?! Почему у меня все не как у людей?!
Не исключено, что меня подвело непривычное время старта — 12 часов дня. Мы-то бегаем рано утром, и пик работоспособности приходится на утренние часы, а после двенадцати все процессы направлены на восстановление израсходованной энергии, нормализацию функций. Вот и возникли своеобразные физиологические "ножницы".

Время словно остановилось, и я в каком-то другом, потустороннем мире, в другом измерении. И вот контроль — 31 км. Думал, его никогда не будет. Последний поворот, последняя "десятка". Хватаю два стаканчика с овсянкой и пью — райский напиток! А это что такое? Двое неизвестных передо мной делают какие-то странные телодвижения, трясутся и едва переставляют ноги. Да это же марафонцы, они бегут! И я их обхожу! Так, все прекрасно! Это последняя "десятка", и я кого-то обогнал! Остальное дело техники — накатить, как всегда. Потерпим!

И тут что-то щелкнуло в моем мозгу. Я начал кричать сначала негромко, а потом во все горло, на весь проспект Королева: "Я выдержу!" Машины шарахаются в сторону, прохожие улыбаются, а я ору: "Выдержу!". Я уже ни секунды не сомневался в том, что добегу. Кто это там маячит впереди, совсем близко? Широкие плечи, тонкая талия, мощный, уверенный бег. Спутать
невозможно, это же Ивлев! Костя!!! Откуда ты взялся, ты же в Рязани?! Молодец, старик, что не бросил друга в беде! Тащи, милый, тащи, я же никогда не отставал! Что там объявляет диктор? Самые трудные последние два километра? Ерунда! Сильный накат, мощный финиш, не могу остановиться, кажется, пробежал бы еще полтора-два километра! Нет, все кончено... Лицо искривилось, губы дергаются, не пойму, реву я, что ли?! Хочу спрятаться за машину, но не дают, щелкают, фотографируют. Зачем я вам?! Я же не первый. И не последний! За мной еще шестеро. И человек двадцать сошло... A результат? 4 часа 17 мин. Всего 2 мин. 38 с. лишних. Где я их потерял? Когда поджидал ребят на питательном пункте? Или когда заблудился? Ну да ладно. Все! Победа!!! Подбегают наши — Надежда Шашенкова, Ангелина Маклецова, поздравляют, обнимают. Наши женщины выше всяких похвал: у Шашенковой на "десятке" пятое, а у Маклецовой — восьмое место. А через три года на этих же соревнованиях они завоевали "золото" и "серебро". Кто бы мог подумать об этом, когда зарождалась "Надежда"?

Минут через десять появляется пара, которую я обошел на 31-м километре, а еще через десять — Оля Найденова с Гозом и еще через десять (!) Галя Устинова с Яковлевым. Дотащили все-таки женщин! Конечно, это нельзя назвать подвигом, но попробуйте повторить то же самое. Юра Яковлев получает специальный приз "За мужество".

И вот мы дома, все позади. Я марафонец, спортсмен-разрядник. Мог ли я мечтать о таком... Доказал всем, и прежде всего самому себе.
Вскоре после возвращения в Смоленск встречаю своего первого партнера по бегу Мишу Левитина.
— Говорят, ты пробежал марафон?
— Было дело.
— Счастливый!
— Но ведь и ты мог это сделать. А как твои йоги?
— Когда как. Занимаюсь понемногу. Я тоже иногда бегаю, с работы и на работу, прямо так, в пальто и шляпе.
Миша, явно завидовал и не пытался этого скрыть. Ну что же, мы сами выбираем свои дороги.
Конечно, самоутверждение — великая вещь, но какой ценой? Для себя я решил: бежал первый и последний раз. И не потому, что тяжело. Дело в том, что марафон должен быть обеспечен соответствующей марафонской тренировкой — 80-100 км в неделю (по: С. Брауну, Д. Грэхему, 1981). Далеко не каждый может выдержать такую нагрузку. Статистика Нью-Йоркского и Бостонского марафонов показывает, что происходит при массовом участии в забегах неподготовленных участников: более половины сходят с дистанции. Какой в этом смысл? Кроме того, для выполнения такого объема тренировочной нагрузки требуется ежедневно около двух часов, да еще время на полноценное питание и дополнительный отдых (дневной сон). Такую роскошь может себе позволить лишь человек, не занятый на производстве.

Нельзя не учитывать также ряд факторов, отрицательно влияющих на жизнедеятельность организма у людей старше 40 лет во время марафонского бега: — сгущение крови в результате больших потерь жидкости, затрудняющее работу сердца;
— истощение основных энергетических ресурсов — углеводов — и переход на энергообеспечение за счет окисления жиров, что приводит к накоплению в крови молочной кислоты, ацидозу* и отравлению организма;
— падение содержания сахара в крови, опасное для клеток центральной нервной системы;
— большие потери с потом электролитов — натрия, калия, кальция, что отрицательно влияет на сократительную функцию миокарда.
_______________
* Ацидоз — сдвиг реакции крови в кислую сторону.
Питание на дистанции во время марафонского бега не решает полностью этих проблем, так как во, время длительного бега нарушаются процессы всасывания питательных веществ из кишечника в кровь.

Но все эти данные получены на спортсменах. А что происходит в организме поклонников оздоровительного бега? Подобных исследований не проводилось. И мы решили взять анализ крови у наших мужчин после забегов на 20 и 35 км. Результаты превзошли все ожидания. Если после бега на 20 км наблюдавшиеся сдвиги были в пределах нормальных физиологических колебаний, то после 35 км они граничили с патологией. В крови в большом количестве был обнаружен мышечный фермент трансаминаза, что является показателем нарушения проницаемости клеточных мембран в результате гипоксии и энергетического истощения клеток. У четырех из пяти бегунов содержание сахара в крови снизилось с 80 до 45 мг%, т. е. так же, как и у спортсменов, налицо была выраженная гипогликемия. А ведь после 35 км нужно пробежать еще 7! Наши данные подтверждают мнение о том, что максимальная длина тренировочной дистанции для поклонников оздоровительного бега не должна превышать 20-25 км (двухчасовой бег), так как именно с этого момента наступает истощение углеводных депо и связанные с ним глубокие биохимические сдвиги внутренней среды организма.

Запасы основного энергетического вещества (углеводов) в организме весьма ограничены. Они находятся в виде гликогена — в печени и скелетных мышцах — всего около 300 г. При окислении 1 г углеводов освобождается 4,1 ккал энергии, следовательно, энергетический потенциал бегуна составляет приблизительно 1200 ккал. Если учесть, что во время медленного бега расходуется примерно 600 ккал за 1 час (10 ккал в мин, или 1 ккал на 1 кг веса на 1 км пути), то станет ясно, что имеющегося в организме количества энергии в виде гликогена хватит максимум на 20-25 км. Если продолжать бег, то в качестве источника энергии используется глюкоза крови, начинается окисление жиров, требующее вдвое больше кислорода, в результате чего образуются значительные излишки молочной кислоты и развивается ацидоз.

"Итак, — сказал я себе, — марафон — для марафонцев, нам же он явно не по зубам. Пусть его бегают те, для кого он не представляет сверхтрудностей и не превращается в самоистязание, как это было, например, со мной". После того памятного марафонского забега несколько месяцев болело колено и очень долго я никак не мог восстановить свой и без того не слишком значительный вес (63 кг).

Почти на два года забыл я об этом притягательном слове. Но вот весной 1983-го в газетах появилось сообщение о Московском международном марафоне мира. Маршрут, проложенный по олимпийской трассе, огромные массы бегущих людей. Сотни, тысячи счастливцев, которых через 42 км 195 м после старта ожидает земля обетованная... Полная демократия, рядом со звездами мирового спорта бегут седовласые любители, и все равны! Результат не имеет большого значения, главное — участие! Пусть торжествует мир на планете! Каждый участник получает значок, майку с эмблемой марафона, и ленту для волос. Те же, кто уложится в четырехчасовой контрольный норматив, — еще и памятную медаль с надписью "Наследнику Фидиппида". Президент стокгольмского клуба бега А. Сандебрант, который привез в Москву самую представительную группу любителей бега (70 человек), заявил, что марафон — это дистанция века.

Да, против такого искушения трудно было устоять. Первыми дрогнули мои мужчины.
— Бог с ними, с научными выкладками, — выразил общее мнение Саша, — мы едем.
— Но нужно уложиться в четыре часа, а это значит, что мы все время будем бежать на пределе, — пробовал отбиваться я.
Но ребята молча прятали глаза, и я понял, что сопротивление бесполезно. И мы поехали — пятеро мужчин из "Надежды". Среди нас было двое ветеранов первого набора 1970 г. — я и Саша — и трое новеньких, которые недавно пришли в клуб.

Однако прежде чем отправляться в Москву, мы провели специальную трёхмесячную тренировку по жесткому графику, благо на сей раз время у нас было. Коррективы касались в основном длительности воскресного бега, так как именно в нем, на мой взгляд, заключается секрет марафонской выносливости. Кроме того, мы бегали 3 раза в неделю по 8-12 км. Чередование же нагрузок по воскресным дням за 14 недель до старта выглядело следующим образом (в километрах):
Май20252030
Июнь20302035
Июль20302035
Август2042 км 195 м

Последний раз мы довольно легко пробежали 35 км за 3 часа 10 мин и я решил, что все в порядке. Правда, к концу этой специализированной подготовки у двух из пяти претендентов на звание "Наследника Фидиппида", в том числе и у меня, наблюдалось заметное ухудшение ЭКГ и Тамара Александровна очень неохотно дала нам санкцию на поездку.

И снова непривычное время старта — во второй половине дня, и, что совсем уже плохо, "не в наш" день — в субботу, когда мы в течение многих лет привыкли отдыхать и восстанавливать силы перед воскресным бегом. У меня — полная заторможенность, никаких эмоций, пульс утром после сна 36 уд. в 1 мин вместо обычных 42. Полдня провалялся в постели, не зная, как убить время. И наконец, в 16 час. 30 мин. — старт. Это зрелище! Со стороны, наверное, оно выглядело еще более внушительно. Четыре тысячи марафонцев после выстрела и громового "ура!" двинулись вперед. Наша группа в самом конце: боялись, что нас сметут. Однако ничего подобного не произошло, большинство начало очень медленно, и мы стали понемногу увеличивать скорость. Медленно, но неуклонно, на протяжении всего пути, обгоняли марафонцев, растянувшихся почти непрерывной цепью на 42 км. Как выяснилось после финиша, таким образом мы обошли более двух тысяч человек. Наши мужчины показали отличный для себя результат 3 часа 50 мин., легко уложившись в контрольный норматив, и честно заработали памятные медали.

Я же выпал из этого дружного ансамбля, нарушив четко разработанный план забега. Вместе с нами в Москву приехали шесть студентов-лыжников нашего института физкультуры, которые также увлеклись идеей пробежать марафон. Сильнейший из них мастер спорта Вячеслав Сержантов сразу же ушел вперед и показал отличный для лыжника результат — 2 часа 45 мин. Двое менее подготовленных ребят решили бежать с нами, поскольку у них не было опыта и они не знали, как распределять силы на этой непривычной для них дистанции.
— Евгений Григорьевич, можно, мы побежим с вами?
— Конечно, ребята, мы вам поможем. Держитесь с нами, и все будет в порядке, — бодро ответил я, не успев сообразить, что студенты значительно сильнее нас и могут преподнести неприятный сюрприз. Так оно и случилось.
Сразу со старта наши мужчины взяли слишком резво: не успел я и глазом моргнуть, как они убежали вперед метров на 100. Мне бы следовало их догнать и притормозить, но рядом были студенты, которые заверили, что побегут вместе со мной.
побегут вместе со мной
"Я не один, — подумалось мне. — Ребят сейчас все равно не остановишь, а в конце дистанции я их все таки достану (так уже не раз случалось на тренировках)".
И я решил не "дергаться" и бежать по собственному графику. Первая "десятка" — 57 мин. 30 с. — лучше, чем в Калининграде. Очень легко пробежали мы еще 10 км, и после поворота у Киевского вокзала — ровно 21 км — 2 час. 00 мин. Теперь оставалось чуть-чуть прибавить — сил еще много, и мы "выбегали" из заветных четырех часов. Мы начали постепенно прибавлять, казалось, легко и незаметно. Но фигурки маячивших впереди бегунов стали приближаться все быстрее, и вот мы уже не просто их обгоняем, а "пожираем" вместе со временем и пространством в неудержимом порыве, который невозможно остановить. Почти на каждом километре оставляем позади итальянца с крупной надписью на майке — "Италиа". Впечатление такое, что бежим вдоль канала в Венеции, а не по трассе Олимпийского марафона по набережной Москвы-реки! Видимо, итальянская — одна из самых многочисленных делегаций. А мы все продолжаем обгонять! Американцев и шведов, итальянцев, наших. Ни конца нет этому обгону, ни края! Уж не мираж ли это, и не попадем ли мы в тройку призеров?! Нет, не попадем, потому что еще полчаса назад, когда мы были далеко от поворота, навстречу нам промчался долговязый парень Лева Хитерман, а вслед за ним лидеры марафона и раздался крик выпускника нашего института бывшего лыжника Володи Соколова: "Держись, Григорич!" А вот старый знакомый Юра Яковлев, председатель саратовского "Кристалла". Он привез одну из самых больших групп — 70 человек. Они бегут с транспарантом, призывающим к миру на земле. А мы между тем третью "десятку" пролетели быстрее 50 мин. Студенты разогнались, и я за ними! Понял это только после 30 км, когда на мой наивный вопрос: "Как дела, ребята?" — никто не ответил: они были далеко впереди.

Безусловно, "сработала" против меня и привычка "накатывать" последние 10 км привычной 30-километровой дистанции, чтобы выложиться до конца и ничего не упустить, чтобы вкусить все прелести бега — типичная, "жадность" бегуна! Я хорошо знал об опасности такого поворота событий на дистанции марафона, но студенты усыпили, убаюкали мою бдительность, и я забыл о собственной раскладке, а также о том, что после 30 км пути предстоит еще 12... Когда понял свою ошибку, было уже поздно — переиграть забег нельзя... Лыжники так разогнались, что обошли нашу основную группу, показав в итоге результат 3 час. 40 мин. Теперь они окончательно "заболеют" марафоном и, возможно, подумают о смене спортивного амплуа так же, как это в свое время сделал Володя Соколов.

А мне предстояло расхлебывать кашу, которую я заварил. По инерции еще продолжал обходить бегунов, но боевой дух был уже сломлен — я не переношу, когда отстаю от группы. И вдруг внезапно ощутил острую боль в бедрах, тазобедренных суставах и пояснице — не припомню такого за всю свою долгую беговую карьеру. Внутри все пересохло от страшной жажды (вышло, наверное, ведра два пота) и подташнивает, сухой горячий комок подкатывает к горлу. Мне нехорошо...

Последний ориентир, который отчетливо помню, — светящееся табло судейской машины с цифрами — 34 км и 3 час. 10 мин. Это означало, что на оставшиеся 8 км у меня оставалось в запасе целых 50 мин.. "Значит, каким-то образом укладываюсь в заветные четыре часа", — уже без особого энтузиазма подумал я. И вдруг замечаю, что почти все марафонцы, которые находятся в поле моего зрения, перешли на шаг, идут, бредут, стоят, согнувшись, массируют ноги или же просят воды в киоске... "Что произошло, что случилось с ними, — думаю я, — почему они прекратили бег?" И вдруг ловлю себя на мысли, что я не понимаю, почему бегу, а не иду шагом так же, как и эти окружающие меня люди. И тоже пошел, побрел, переваливаясь из стороны в сторону шаткой походкой бывалого морского волка... Как выяснилось позднее, последние 8 км я преодолел за 1 час 10 мин! Итоговый результат (4:20) оказался на 3 мин хуже, чем в Калининграде, а ведь готовился я гораздо серьезнее, чем в прошлый раз. И какая пропасть разделяла два эти забега! Там было тяжело, но какой подъем ощущался в конце и как я летал после финиша! Сейчас же — полная апатия, депрессия, опустошенность. Говорят, что после 35 км у марафонцев начинает проявляться мистическое стремление к финишу. На этот раз ничего похожего я не испытал.
Не знаю, сколько времени я так шел, медленно, бесцельно и безо всяких мыслей, просто, чтобы не остановиться, — минут десять или больше. И вдруг впервые за все эти долгие километры меня обогнали двое — мужчина и женщина. Вряд ли я о чем-нибудь подумал в тот момент. Просто ноги, словно сами по себе, помимо моей воли и желания, автоматически стали совершать привычные движения — толчок-полет, полет-толчок. И я увидел себя снова бегущим, приблизился к ним вплотную и уже не отрывался до самого финиша. Финиш на стадионе в Лужниках!

"Надо — же, финиш", — подумал я, но не испытал особой радости — впервые за все эти годы...
Что же случилось со мной? Недостаточная подготовленность? Слишком быстрый темп в середине дистанции, заданный студентами? Старт в субботу, во второй половине дня при температуре + 26°, в духоту?

Вопросов возникало много, но ответы на них мог дать только следующий марафон здесь же, на олимпийской трассе, через год.
А пока мне предстояло сделать выбор: успокоиться, бегать в свое удовольствие и забыть о марафоне или же начать подготовку к ММММ-84. Возможно, я бы и отказался от этой непосильной для себя задачи, но тогда глава о марафонском беге осталась бы недописанной. Этого я допустить не мог. И решил вопреки здравому смыслу, если только позволят сердце и суставы, готовиться к следующему сезону.

Предстояло коренным образом перестроить всю традиционную систему подготовки к марафону, основанную на выполнении огромного объема беговой работы (до 100 км в неделю), приспособив ее к своим ограниченным возможностям. Я знал, что больше 50 км в неделю мне не выдержать, и потому основную ставку сделал на воскресные пробежки.

"Нужно подобраться к марафону скрытно, незаметно, "усыпить бдительность" собственного организма", — думал я.
Решил постепенно увеличивать длительность воскресного бега до тех пор, пока на смогу преодолевать 40 км так же легко, как 35. Тогда никакой марафон не страшен. Физиологический смысл такой тренировки заключается в том, чтобы постепенно приучить организм к безболезненному переходу на окисление жиров, запасы которых в организме практически неограничены. Исходя из собственных возможностей я решил выполнять такую нагрузку 1 раз в пять-шесть недель. Мой тренировочный цикл выглядел теперь следующим образом: первое воскресенье — 20 км, второе — 25, третье — 30, четвертое — 20 и пятое — 40 км. В остальные дни недели тренировочный режим не изменился — 2 раза по 8-12 км. Итого 40-45 км в неделю.

Начал я с 36 км, причем первые 35 дались довольно легко, а последний с трудом — появилась острая боль в бедрах. На следующий раз — через месяц — пробежал уже 38 км, причем повторялась та же история — острая боль в мышцах после 35 км, из-за чего ни последних 3 км был вынужден несколько раз переходить на ходьбу. Внимательно прислушивался к своим ощущениям и очень обрадовался, когда понял, что мне удалось достичь того же состояния, которое так помешало на Московском марафоне. Теперь я ясно представлял сложности, с которыми предстояло бороться — боль в бедрах и тяжесть в груди. Это уже была половина победы.

Вскоре, гораздо быстрее, чем я ожидал, удалось от них избавиться. Уже в следующей попытке, ровно через шесть недель. Я бежал по Витебскому шоссе 20 км до санатория "Борок" и обратно, моделируя трассу предстоящего марафона. И все ждал, когда появится боль в ногах и тяжесть в груди. Был готов к этим неприятным ощущениям и потому не боялся. Но, к моему удивлению, боль не появлялась и тяжесть тоже.

Неожиданно километра за два до финиша меня обогнал какой-то спортсмен в ярком болоньевом костюме, вскоре перешедший на шаг. Не знаю, почему он остановился, но в меня словно бес вселился. Я максимально взвинтил темп и с боевым кличем бросился за ним вдогонку. Он испуганно оглянулся и побежал! А я за ним! Финиша я и не заметил — сгоряча пробежал лишний километр до крутого подъема по улице Дзержинского, взобраться на который не смог при всем желании. Итого 41 км, а силы еще оставались! Причем бежал я в одиночку, в легкую метель и при неприятном боковом ветре. И победил! Через два месяца я снова преодолел 40 км безо всяких осложнений. Тогда я наконец понял, что, для того чтобы покорить марафонскую дистанцию, нужно научиться не замечать дискомфортного состояния. Тогда можно пробежать марафон, не испытывая при этом значительных трудностей физического или психологического порядка. Совсем не обязательно для этого тем, кто занимается бегом для здоровья и участвует в соревнованиях по марафону лишь изредка, покрывать 100 км в неделю. Опасность переутомления и перенапряжения двигательного аппарате и сердечно-сосудистой системы при таком щадящем режиме марафонской подготовки будет значительно меньше.

Эта система тренировки получила у нас название "марафон для немарафонцев" и была взята на вооружение ветеранами нашего клуба. Недавно я узнал, что, аналогичных принципов подготовки к марафону придерживается известный клуб любителей бега Челябинского металлургического комбината "Темп".

Итак, цель достигнута и на время я успокоился. Предстоял лишь "государственный экзамен" — ММММ-84. Я знал, что там будет потруднее, поскольку зимой не испытывал больших потерь жидкости и соли, в августе же будет жарко. Но уже не боялся и был уверен, что все пройдет хорошо. А для марафонца уверенность в себе, в своих сипах — это залог успеха.

Однако, прежде чем попасть на Московский международный, мне удалось провести генеральную репетицию в III марафонском пробеге по Ленинским горам, посвященном празднику 1 Мая. Он состоялся 30 апреля. В Москву мы поехали вдвоем — я и Женя Свободин. Женя, естественно, волновался — первый официальный марафон, я был абсолютно спокоен. Всю дистанцию прошел ровно и ни разу не возникло желания сойти. Помня печальный опыт прошлого, бежал один, легко и свободно. Где-то в середине дистанции было трудновато и я уже приготовился терпеть, как вдруг после последнего поворота ощутил прилив сил и даже слегка прибавил скорость. На последней "десятке" обгонял группы марафонцев, силы которых были на исходе. Последние 200 м — спринтерский рывок, и сразу же за финишной чертой мне вручают очень красивый значок, который я с гордостью носил на пиджаке до следующего марафона.

Результат оказался скромным — 4 час. 13 мин. Мне так и не удалось "выбежать" из заветных четырех часов. Но это меня не смущало — такой задачи я и не ставил. Поскольку апрель — начало сезона и к августу можно еще прибавить. Гораздо важнее другое: на следующий после марафонского забега день, 1 Мая, мы прямо с вокзала отправились на демонстрацию, а потом за город. И ни усталости, ни слабости, как после прошлогоднего марафона, не испытывали. Сработала новая система подготовки. Женя тоже был на седьмом небе — пробежал первый марафон быстрее 3 час. 30 мин. До решающего старта осталось всего три месяца. После апрельского старта я решил отдохнуть и сбавил нагрузки. К Московскому международному специально не готовился. Лишь за две недели до соревнований легко пробежал 35 км и за неделю — 20 км. Последняя тренировка в среду: 11 км — 60 мин; в четверг и пятницу — полный отдых и в субботу — старт. Опять в субботу!

Московский международный марафон мира в том году был особенно представительным, в нем стартовали участники международных соревнований "Дружба-84", которые открывались в день марафона, В связи с этим допуск к соревнованиям был ограничен, но нашей пятерке из "Надежды" посчастливилось пробиться, правда не без помощи Оргкомитета.

Итак, Женя Свободин, Валерий Киселев и я стартуем в марафоне, а наши верные спутницы Надежда Шашенкова и Ангелина Маклецова — на "десятке". На этот раз участников меньше, но подготовка их значительно выше и опять я тащусь в самом хвосте. Но это меня не смущает, строго придерживаюсь графика, иду на результат четыре часа! Женя сказал перед стартом: — Евгений Григорьевич, вы покажете 3 часа 59 минут, я в этом уверен! Бегу легко, один, ни к кому не пристраиваюсь — знаю, чем это чревато! Поворот у Киевского вокзала — 20 км за 2 часа. Теперь начинаю разгоняться, и меня неудержимо несет вперед. Опять начинаю нескончаемый обгон — все, как и год назад. Мне вдруг становится страшно — а вдруг снова "встану" на отметке 35 км?! На отметке 30 км результат 2 часа 50 мин., и только к 35 км, скорость начинает падать. На последние 7 км остается 39 мин. — не так много, как хотелось бы. Значит, нужно бежать примерно 5 мин. 30 с. километр, а в конце дистанции это не так-то просто. Начинаю нервничать. Хотя пока удается удерживать нужную скорость без особого напряжения. Остается 3 км — 17 мин. Теперь я уже на пределе. Временами пробую ускоряться, но сразу же возникает легкое головокружение — зря не попил на последнем пункте!

Обидно из-за нескольких лишних минут не попасть в итоговый протокол, не получить свидетельство, что ты пробежал Московский международный! И это после, стольких усилий. Злость закипает во мне, и я бегу, временами подбадривая себя криком "Смоленск, "Надежда"!" к удивлению зрителей, сплошной стеной стоящих вдоль трассы марафона. Главное, чего достиг путем тренировок, — не болят ноги и могу выдержать заданный темп.
Финиша пока не вижу — стемнело. И вдруг слышу:
— Давай, давай, осталось 20 секунд! — Прямо на меня из темноты валится финишный створ. Все!!! Одной рукой беру значок марафона, другой — диплом участника. Я последний, кто получает эти драгоценные сувениры, получает за 10 с. до истечения контрольного времени.

В итоге — 3 час. 59 мин. 50 сек. Так я впервые "разменял" заветные четыре часа, выполнил контрольный норматив и закончил главу о марафонском беге. Поставленную задачу я выполнил, цель достигнута. Что же дальше? Буду, ли я еще бегать марафон? Через пять недель после ММММ-84 мы, 38 смолян, приехали в Калининград на VIII Всесоюзный пробег академика С.П. Королева. Шестеро мужчин бежали марафон. Двух я встретил за 2 км до финиша и преодолел с ними эти последние 2000 м. Я слышал их дыхание, видел их лица и как будто заново пережил свой последний марафонский забег. Еще я видел, как прямо с трассы марафона четверых увезли на "Скорой помощи" в отделение реанимации. И тень сомнения закралась в мою душу: а нужно ли все это? Я в тот день пробежал с нашими женщинами 20 км (1 час 50 мин.) и получил огромное удовольствие. Наконец-то я нашел то что искал все эти годы. Заканчивая раздел о марафоне, хотел бы еще раз подчеркнуть, что оздоровительный бег и марафон — далеко не одно и то же. Занятия медленным бегом ставят своей целью укрепление здоровья и повышение функциональных возможностей организма. Участие же в марафоне требует колоссальных усилий, серьезной, целенаправленной подготовки и все равно может остаться далекой, призрачной мечтой. Конечно, при регулярной тренировке может наступить адаптация и к таким значительным нагрузкам, поскольку возможности человеческого организма безграничны.

Однако это совсем не означает, что марафонская дистанция обязательно должна использоваться в оздоровительном беге. Бегун трусцой может бегать как хочет и сколько захочет. Может пропустить тренировку, вдвое уменьшить дистанцию и темп. Одним словом, бежать пока бежится. В этом и заключается прелесть оздоровительного бега. Дистанцию марафона нельзя уменьшить — ты должен преодолеть 42 км 195 м. Зачастую и время лимитировано. Чтобы выполнить эти жесткие требования, нельзя заниматься по принципу "как хочется". Для успешного преодоления марафонской дистанции независимо от желания необходимо выполнить определенный объем работы. Короче говоря, участие в марафоне требует длительной целенаправленной специальной подготовки и порой ставит организм в экстремальные условия. И хотя результаты любителей оздоровительного бега далеки от олимпийских, не напрасно за одно преодоление пути длиною в 42 км 195 м присваивается III спортивный разряд.

Стоит сказать и о том, что чрезмерное увеличение тренировочных нагрузок, предшествующее марафону, и преодоление самой дистанции не приводит к улучшению здоровья, как считают некоторые, и, следовательно, не является необходимым и оправданным. Поэтому марафон не должен рассматриваться как вершина оздоровительного бега и высшая ступень здоровья. Более того, длительные перегрузки, неизбежные при регулярной марафонской тренировке, по мнению ученых, могут ускорить развитие возрастных склеротических процессов и отнюдь не способствуют продлению жизни. Поэтому призыв к всеобщему участию в марафоне, как это, например, приветствуется в США, вряд ли оправдан. Конечно, в марафоне таится огромная притягательная сила и он неудержимо манит людей. Так же, как и горы. Эдуард Мысловский, первый советский человек, покоривший высочайшую вершину мира — Джомолунгму, писал, что, для того чтобы почувствовать себя сильным, одному достаточно сходить на прием к зубному врачу, другому необходимо подняться в горы, ему же нужен был Эверест — ни больше ни меньше. Для поклонников оздоровительного бега — это марафон. Но отнюдь не для всех. Ищите свою вершину, друзья, свой Эверест!
В заключение хотелось бы немного остановиться на целесообразности соревнований в оздоровительном беге. Не следует забывать, что любые состязания означают предельное напряжение и мобилизацию всех внутренних ресурсов и систем организма. А с точки зрения медицины для большинства любителей бега это опасно. Соревнования — удел спортсменов, молодых и сильных людей, оздоровительный же бег предназначен прежде всего для физкультурников. Наша вершина — высокая физическая работоспособность, неистощимая энергия, бодрость, крепкое здоровье. И удовольствие! Поэтому целесообразнее всего вообще отказаться от соревнований. Так, например, как сделали члены известного клуба "Здоровье" из города Зеленограда, руководимого Константином Яценко.

Так же поступили и мы во Всесоюзный день бегуна 12 сентября 1982 г. Истинные любители трусцы собрались на нашей загородной базе в Красном бору на берегу Дубровенского озера, "вдали от шума городского", где в этот день все бежали и соревновались. Каждый преодолел свою любимую дистанцию без учета времени. Никаких состязаний, призовых мест, награждений. Бежали парами и небольшими группами, равными по силам, легко и свободно, так же и финишировали. Награда была общей, одной для всех — здоровье и радость общения.

Противоположной точки зрения придерживаются руководители некоторых ведущих клубов бега — ленинградского "Спартака" Олег Лось и калининградского "Муравья" Владимир Волков. Соревнования они считают важнейшим элементом оздоровительного бега. Соревновательный опыт, приобретенный в нашей "Надежде", сформировал у меня иное мнение. Полагаю, что соревнования, в той форме, в которой они проводятся в настоящее время, доступны и полезны лишь очень немногим любителям медленного бега. В этом я еще раз убедился после того, как мы побывали в гостях у Новгородского "Кентавра" на традиционном пробеге памяти маршала К.А. Мерецкова. На дистанции 30 км мы (я, Саша и Игорь) показали феноменальные для себя результаты (2 часа 25 мин.), сбросив целых 15 мин. с личных достижений, но тем не менее на финише оказались последними! А ведь наш беговой стаж превышал 12 лет! Подхваченные стремительной волной бегунов и поддавшись общему порыву, первые 20 км мы пробежали слишком быстро и, не рассчитав силы, последнюю "десятку" протащились "на зубах". Прохожие, увидевшие меня в конце пути, с состраданием шептали: "Это ужасно!" Я все же догнал одного такого же неудачника, который шел, вернее ковылял, временами переходя на бег, стремясь во что бы то ни стало дотянуть до конца. Три месяца после этого я приходил в себя. Год спустя подобное произошло с Женей Свободиным. Последний километр он прошел пешком, вытянув вперед руки и ничего не видя перед собой. В финишный створ его втолкнули, и он сразу же повалился на руки товарищей.

Все это, на мой взгляд, уже трудно назвать физкультурой. Что изменилось для меня лично и для города Смоленска после того нашего "героического" забега в Новгороде? А вот если эту же дистанцию через год преодолеют без учета времени не три, а тридцать три смолянина, то это будет вклад в общую копилку здоровья.

Мне кажется, что в отдельных КЛБ слишком увлеклись спортивной стороной подготовки. Так, в некоторых клубах проводятся соревнования на всех беговых дистанциях начиная со 100 м. Неоправданно большое значение придается подготовке марафонцев, комплектованию клубных команд к отдельным соревнованиям и занимаемому там месту. Считаю, что деятельность КЛБ следовало бы оценивать не по месту, занятому на определенных соревнованиях, а по количеству членов клуба, готовых к длительному бегу, созданию филиалов клуба. Иначе оздоровительный бег грозит превратиться в бег спортивный.
Однако полностью отказаться от участия в соревнованиях значило бы впасть в другую крайность. Они необходимы прежде всего для пропаганды бега, вовлечения в ряды физкультурников миллионов людей, начиная от школьников и кончая пенсионерами. Для дружеских встреч, общения с людьми, близкими по духу. Для создания единой системы оздоровительного бега в масштабах всей страны. Необходимы они и ветеранам спорта, нужен соревновательный стимул и для молодых любителей бега. Но характер соревнований должен, по-видимому, несколько видоизмениться. Соревнования для поклонников оздоровительного бега должны отличаться от спортивных. Нет необходимости ставить перед собой сверхзадачи: догнать, перегнать, выиграть! Это дела большого спорта, а не оздоровительного бега. Задача минимум, которую может поставить перед собой поклонник трусцы, — это пробежать всю дистанцию от начала до конца в привычном темпе, максимум — показать лучший для себя результат.
"Бежать как бежится!" — такими словами я всегда напутствую нашу команду перед соревнованиями. Нас не должно волновать, какое место мы займем. Наше место — в стране здоровья, и это главное. В ней нет победителей и побежденных и можно бежать не цепочкой, растянувшейся на километры, задыхаясь от скорости и волнения, а веселыми группами, подобрав себе компанию по силам. А значит, это уже не соревнования, а дружеский пробег, доступный не горсточке избранных, а большинству любителей бега, единственная цель которого — здоровье и пропаганда бега.
Вот почему мне так нравится Московский международный марафон мира, в котором действующих спортсменов — абсолютное меньшинство. Вся остальная масса участников — это любители бега разного возраста и подготовленности, которые и не помышляют кого-то обогнать и занять призовые места. Единственная их цель — добежать до конца и помочь товарищу. Победить — только самого себя! Может быть, имеет смысл для физкультурников проводить так не только марафон, но и забеги на более короткие, доступные дистанции? Я неустанно повторяю знаменитый олимпийский лозунг Пьера де Кубертена: "Главное — участие!"

Таким мне видится будущее оздоровительного бега.

Комментарии на сайте (0)
ВКонтакте
FaceBook
Лучшее
Оставьте свой отзыв
Вверх