Острый апендицит

Что такое Острый апендицит -

Острый аппендицит - воспаление червеобразного отростка слепой кишки, одно из самых распространенных хирургических заболеваний. За­болеваемость острым аппендицитом составляет 4-5 человек на 1000 насе­ления. Наиболее часто острый аппендицит встречается в возрасте от 20 до 40 лет, женщины болеют в 2 раза чаще, чем мужчины. Летальность состав­ляет 0,1-0,3 %, послеоперационные осложнения - 5-9 %. Трудности диаг­ностики этого заболевания, тяжесть осложнений, связанных с поздней ди­агностикой, свидетельствуют о том, что проблема лечения острого аппен­дицита не потеряла своей актуальности.

Острый аппендициту беременных встречается в 0,7-1,2 % случаев, т. е. значительно чаще, чем среди остального населения.

Это объясняется рядом факторов, способствующих возникновению воспали­тельного процесса в червеобразном отростке: смещением вверх и кнаружи слепой кишки и червеобразного отростка постепенно увеличивающейся маткой, вследствие чего происходят перегибы и растяжение червеобразного отростка, нарушением его опорожняемости, а также ухудшением кровоснабжения червеобразного отростка в условиях изменившихся анатомических соотношений между органами. Немаловаж­ную роль играет имеющаяся при беременности наклонность к запорам, что ведет к застою содержимого и повышению вирулентности кишечной флоры. Наконец, опре­деленное значение принадлежит и гормональным сдвигам, приводящим к снижению иммунитета. Указанные факторы нередко приводят к тяжелому течению аппендици­та, заканчивающемуся деструктивным процессом, особенно на фоне второй полови­ны беременности. В свою очередь деструктивный аппендицит может привести к пре­рыванию беременности и гибели плода. Это осложнение встречается при аппенди­ците беременных в 4-6 % случаев.

Особое рассмотрение аппендицита у беременных обусловлено тем, что ряд признаков, присущих этому заболеванию (боли в животе, рвота, лейко­цитоз), наблюдается при обычном течении беременности, затрудняя его диагностику.

Что провоцирует Острый апендицит:

Причины возникновения острого аппендицита до сих пор окончательно не уста­новлены. Определенную роль в этиологии этого заболевания играет алиментарный фактор. В странах, где население питается в основном мясной пищей, заболеваемость аппендицитом значительно выше, чем в странах, население которых предпочитает вегетарианскую пищу. Пища, богатая животным белком, в большей мере, чем раститель­ная, имеет тенденцию вызывать гнилостные процессы в кишечнике, которые способ­ствуют нарушению его эвакуаторной функции, что следует считать предрасполагаю­щим фактором в развитии острого аппендицита.

В детском возрасте некоторую роль в возникновении острого аппендицита играет глистная инвазия.

Патогенез (что происходит?) во время Острого апендицита:

Основным путем инфицирования стенки отростка является энтерогенный. Гема­тогенный и лимфогенный варианты инфицирования встречаются достаточно редко и не играют решающей роли в патогенезе заболевания. Непосредственными возбудите­лями воспаления являются разнообразные микроорганизмы (бактерии, вирусы, про­стейшие), находящиеся в отростке. Среди бактерий чаще всего (до 90 %) обнаружива­ют анаэробную неспорообразующую флору (бактероиды и анаэробные кокки). Аэроб­ная флора встречается реже (6-8 %) и представлена прежде всего кишечной палочкой, клебсиеллой, энтерококками и др.

Патологическая анатомия

Морфологические изменения, наблюдающиеся в воспаленном червеобразном отрост­ке, весьма разнообразны и зависят главным образом от стадии воспалительного процесса.

Начальную форму воспаления червеобразного отростка обозначают как" острый катаральный аппендицит. Патологи обозначают эту форму как «простой аппендицит» или «поверхностный аппендицит», что более правильно с точки зрения существа вос­палительного процесса. Макроскопически при этом червеобразный отросток выгля­дит несколько утолщенным, серозная оболочка его тусклая, под ней видно множество наполненных кровью мелких сосудов, что создает впечатление яркой гиперемии. На разрезе слизистая оболочка отростка отечна, серо-красного цвета, в подслизистом слое иногда видны пятна кровоизлияний. В просвете червеобразного отростка нередко со­держится сукровичного вида жидкость. Микроскопически удается отметить неболь­шие дефекты слизистой оболочки, покрытые фибрином и лейкоцитами. Иногда из не­большого дефекта поражение распространяется в глубжележащие ткани, имея форму клина, основание которого направлено в сторону серозной оболочки. Это типичный первичный аффект Ашоффа. Имеется умеренная лейкоцитарная инфильтрация под-слизистого слоя. Мышечная оболочка не изменена или изменена незначительно. Се­розная оболочка содержит большое количество расширенных сосудов, что можно так­же наблюдать и в брыжеечке червеобразного отростка. Изредка в брюшной полости встречается прозрачный стерильный реактивный выпот.

Следующей стадией воспалительного процесса является острый флегмонозный ап­пендицит. Макроскопически червеобразный отросток выглядит при этом значительно утолщенным; его серозная оболочка и брыжеечка отечны, ярко гиперемированы. Черве­образный отросток покрыт наложениями фибрина, которые при флегмонозной форме встречаются всегда в большей или меньшей степени. Вследствие того, что процесс пере­ходит на брюшинный покров, могут наблюдаться фибринозные наложения на куполе слепой кишки, париетальной брюшине, прилегающих петлях тонкого кишечника. В брюшной полости почти всегда имеется выпот, часто мутный, ввиду большой примеси лейкоцитов. Выпот может быть инфицированным. В просвете червеобразного отростка, как правило, содержится жидкий, серого или зеленого цвета гной. Слизистая оболочка червеобразного отростка отечна, легко ранима; нередко удается видеть множественные эрозии и свежие язвы, что дает основание патологам выделять так называемую флегмонозно-язвенную форму острого аппендицита. Микроскопически во всех слоях червеоб­разного отростка наблюдается массивная лейкоцитарная инфильтрация, покровный эпителий слизистой оболочки нередко слущен, изредка удается видеть множественные первичные аффекты Ашоффа. В брыжеечке червеобразного отростка, помимо резко вы­раженного полнокровия, видны лейкоцитарные инфильтраты.

Разновидностью флегмонозного воспаления является эмпиема червеобразного от­ростка, при которой в результате закупорки каловым камнем или рубцовым процес­сом в просвете отростка образуется замкнутая полость, заполненная гноем. Морфоло­гическая особенность этой формы аппендицита заключается в том, что процесс редко переходит на брюшинный покров. Червеобразный отросток при эмпиеме колбовидно вздут и резко напряжен, определяется явная флюктуация. Наряду с этим серозная оболочка червеобразного отростка выглядит как при катаральной форме острого ап­пендицита: она тусклая, гиперемирована, но без наложений фибрина. В брюшной по­лости может наблюдаться серозный стерильный выпот. При вскрытии червеобраз­ного отростка изливается большое количество зловонного гноя. Микроскопически в слизистой оболочке и подслизистом слое имеется значительная лейкоцитарная ин­фильтрация, которая убывает к периферии червеобразного отростка. Типичные пер­вичные аффекты наблюдаются редко.

После флегмонозной стадии следует гангренозный аппендицит, характеризую­щийся некротическими изменениями в червеобразном отростке. При этом тоталь­ный его некроз бывает сравнительно редко, в подавляющем большинстве случаев зона некроза охватывает только сравнительно небольшую часть отростка. Способ­ствуют некрозу стенки располагающиеся в просвете отростка каловые камни и ино­родные тела. Макроскопически некротизированный участок грязно-зеленого цвета, рыхлый и легко рвется, остальная часть червеобразного отростка выглядит так же, как при флегмонозной форме острого аппендицита. На органах и тканях, окружаю­щих воспаленный аппендикс, имеются фибринозные наложения. В брюшной полос­ти часто содержится гнойный выпот с каловым запахом. Посев этого выпота дает рост типичной толстокишечной флоры. Микроскопически в участке деструкции слои червеобразного отростка не удается дифференцировать, они имеют вид типич­ной некротизированной ткани, в остальных отделах отростка наблюдается картина флегмонозного воспаления.

Если гангренозный аппендицит не подвергается лечению, то наступает перфора­ция и процесс переходит в следующую стадию, так называемый перфоративный ап­пендицит. При этом в брюшную полость изливается содержимое червеобразного отро­стка. Вследствие этого возникает гнойный перитонит, который в последующем может ограничиться (формирование абсцесса) либо перейти в разлитой перитонит. Макро­скопически червеобразный отросток при прободении мало отличается от такового при гангренозной форме острого аппендицита. Участки некроза такого же грязно-зеленого цвета, в одном или нескольких из них имеются перфорации, из которых изливается зловонный, нередко ихорозный гной. Окружающая брюшина покрыта массивными фибринозными наложениями. В брюшной полости содержится обильный гнойный выпот и иногда - выпавшие из червеобразного отростка каловые камни.

Катаральная стадия острого аппендицита чаще всего длится 6-12 часов. Флегмонозный аппендицит обычно развивается через 12 часов от начала заболевания, гангренозный - спустя 24-48 часов. Прободение червеобразного отростка при про­грессирующем аппендиците наступает обычно через 48 ч. Указанные выше сроки ха­рактерны для большинства случаев прогрессирующего острого аппендицита, но они не абсолютны. В клинической практике нередко наблюдаются те или иные отклоне­ния в течении заболевания. В данном же случае имеется в виду лишь типичное раз­витие острого аппендицита, когда процесс прогрессирует и не имеет тенденции к об­ратному развитию.

Симптомы Острого апендицита:

Выделяют следующие формы острого аппендицита: катаральный, флегмонозный, гангренозный и перфоративный. Ввиду особенностей кли­нического течения особо описывают эмпиему червеобразного отростка, которая по морфологическим признакам ближе всего находится к флегмо-нозной форме аппендицита.

Перечисленные формы острого аппендицита по существу отражают степень воспалительных изменений в червеобразном отростке, т. е. стадию воспалительного процесса. Каждая форма заболевания имеет не только морфологические отличия, но и характеризуется присущими ей клиничес­кими проявлениями. В связи с этим в окончательном диагнозе должны со­держаться сведения о соответствующей форме заболевания.

Помимо этого, различают следующие осложнения острого аппендици­та: 1)аппендикулярный инфильтрат; 2)разлитой перитонит; 3)локальные абсцессы в брюшной полости: полости малого таза, поддиафрагмальный, межкишечный и др.; 4)забрюшинную флегмону; 5)пилефлебит. Все они не­посредственно связаны с острым аппендицитом, вместе с тем большинство из них (кроме аппендикулярного инфильтрата) могут быть и послеопера­ционными осложнениями.

Острый аппендицит характеризуется определенным симптомокомплексом, который претерпевает соответствующие изменения по мере разви­тия воспалительного процесса. Кроме того, червеобразный отросток явля­ется довольного мобильным органом, и ряд симптомов заболевания прямо зависит от его конкретной локализации. В типичных случаях развивающе­гося острого аппендицита каждая из последовательных стадий характери­зуется определенной семиотикой.

Катаральный аппендицит. Наиболее постоянным симптомом на­чальной стадии острого аппендицита являются боли в животе, которые за­ставляют больного обратиться к врачу. Боли возникают чаще всего вече­ром, ночью или в предутренние часы, что связывают с преобладающим влиянием блуждающего нерва в это время суток. Даже при типичном поло­жении червеобразного отростка в правой подвздошной области боли очень редко начинаются непосредственно в этом месте. Они, как правило, возни­кают в эпигастральной области или имеют неопределенный блуждающий характер по всему животу без какой-либо определенной локализации. В начальном периоде боли неинтенсивны, они тупые, постоянные и лишь иногда могут быть схваткообразными.

Спустя 2-3 часа от начала заболевания боли, постепенно усиливаясь, перемещаются в правую подвздошную область, к месту локализации чер­веобразного отростка. Это смещение болей является характерным для ост­рого аппендицита и носит название симптома Кохера-Волковича. Он объясняется наличием тесной связи висцеральной иннервации отростка с нервными узлами корня брыжейки и чревным сплетением, расположен­ным в эпигастральной области. В дальнейшем после концентрации болей в правой подвздошной области они остаются там постоянно.

В первые часы заболевания может наблюдаться рвота, которая в этой стадии носит рефлекторный характер. Она встречается у 30-40 % больных с острым аппендицитом и редко бывает обильной и многократной. Гораздо чаще наблюдается тошнота.

В день заболевания, как правило, отмечается отсутствие стула. Ис­ключение составляют лишь случаи ретроцекального и тазового располо­жения червеобразного отростка, при которых наблюдается неоднократный жидкий стул, вследствие тесного прилежания воспаленного отростка к стенке толстой кишки.

Нарушения мочеиспускания (дизурические явления) наблюдаются ред­ко. Они также связаны с необычной локализацией червеобразного отрост­ка, который может прилегать к правой почке, мочеточнику или мочевому пузырю.

При объективном исследовании в первые часы заболевания общее со­стояние больного страдает мало. Кожные покровы обычного цвета, пульс незначительно учащен, обращает на себя, внимание влажный, густо обло­женный язык.

При осмотре живота, как правило, не удается выявить каких-либо осо­бенностей, он не вздут и участвует в дыхании. Для уточнения локализации болей прибегают к осторожной перкуссии брюшной стенки в симметрич­ных точках правой и левой подвздошных областей. При этом у большин­ства больных отмечается зона гиперестезии в правой подвздошной области (положительный симптом Раздолъского).

При глубокой пальпации здесь же удается определить явную, иногда довольно значительную, болезненность. Эта пальпаторная болезненность в правой подвздошной области определяется даже в самые первые часы за­болевания, когда еще больной субъективно ощущает боли значительно выше: в эпигастральной области или по всему животу.

В ранних руководствах описаны специальные точки проекции червеоб­разного отростка (точки Мак-Берни, Ланца, Кюммелля и др.), болезнен­ность в которых будто бы характерна для приступа острого аппендицита. Однако ввиду мобильности слепой кишки и червеобразного отростка кли­ническое значение этих точек невелико. В связи с этим при исследовании живота следует руководствоваться только наличием болезненности в пра­вой подвздошной области безотносительно к определённым точкам.

В стадии катарального воспаления червеобразного отростка не удаётся выявить симптомов раздражения брюшины, поскольку процесс в червеоб­разном отростке ограничен слизистой оболочкой и подслизистым слоем. Тем не менее, даже в этот период можно выявить некоторые специальные симптомы, характерные для острого аппендицита.

К ним в первую очередь относится симптом Ровзинга, вызываемый та­ким образом: левой рукой сквозь брюшную стенку прижимают сигмовид­ную ободочную кишку к крылу левой подвздошной кости, перекрывая ее просвет. Правой рукой выше этой зоны производят толчкообразные дви­жения передней брюшной стенки. При этом возникает боль в правой под­вздошной области, что связывают с перемещением газов, находящихся в толстой кишке.

Нередко оказывается положительным и симптом Ситковского, кото­рый заключается в появлении или усилении болей в правой подвздошной области при положении больного на левом боку. Этот симптом не характе­рен для впервые возникшего приступа, он более присущ повторным при­ступам острого аппендицита, когда в правой подвздошной области уже имеется спаечный процесс, обусловливающий появление болей при изме­нении положения тела.

В положении больного на левом боку проверяют и симптом Бартомъе-Михелъсона. Он характеризуется усилением болезненности при паль­пации правой подвздошной области, так как в этом случае петли тонких кишок и большой сальник, ранее прикрывавшие червеобразный отросток, отходят влево и он становится более доступным для пальпации.

Одним из ранних объективных симптомов острого аппендицита явля­ется повышение температуры тела, которая при катаральной его форме находится в пределах 37° - 37,5°С. К таким же ранним симптомам относит­ся повышение числа лейкоцитов, которое при катаральном аппендиците на­ходится в пределах 10х109-12х109/л.

Флегмонозный аппендицит - наиболее частая клиническая форма, с которой больные поступают в хирургический стационар. Боли при флегмонозном аппендиците довольно интенсивны и постоянны. Они четко ло­кализуются в правой подвздошной области и нередко принимают пульси­рующий характер. Рвота для этой формы острого аппендицита нехарактер­на, больные жалуются на постоянное чувство тошноты.

Пульс учащен до 80-90 ударов в минуту. Язык обложен. При осмотре живота обращает на себя внимание умеренное отставание при дыхании правой подвздошной области, а при поверхностной пальпации здесь же, кроме гиперестезии, определяется защитное напряжение мышц брюшной стенки ( defense musculaire ). Это типичный симптом раздражения брюши­ны, который свидетельствует о том, что воспалительный процесс перешел на брюшинный покров. Выявляются и другие симптомы раздражения брюшины. К ним, прежде всего, относится широко известный симптом Щеткина-Блюмберга, характеризующийся тем, что при быстром отдерги­вании руки после надавливания на брюшную стенку больной ощущает внезапное усиление боли вследствие сотрясения брюшной стенки в облас­ти воспалительного очага. Симптом Воскресенского (симптом «рубашки», или «скольжения»), который определяют следующим образом: через ру­башку больного быстро производят скользящее движение рукой вдоль пе­редней брюшной стенки от реберной дуги до паховой связки и обратно. Это движение делают попеременно, вначале слева, а затем справа. При этом от­мечается значительное усиление болезненности в правой подвздошной об­ласти. Механизм возникновения этого симптома аналогичен таковому при симптоме Щеткина-Блюмберга.

Вследствие выраженной болезненности в правой подвздошной области глубокая пальпация иногда оказывается затруднительной, и форсировать ее не следует. Симптомы Ровзинга, Ситковского, Бартомье-Михельсона сохраняют свое значение. Температура может достигать 38-38,5°С, число лейкоцитов 12хЮ9 -20х109/л.

Гангренозный аппендицит - характеризуется некрозом стенки черве­образного отростка и развитием гнилостного воспаления. Вследствие от­мирания нервных окончаний в воспаленном червеобразном отростке субъективное ощущение боли значительно снижается и может даже совер­шенно исчезнуть. Наряду с этим всасывание из брюшной полости большо­го количества бактериальных токсинов приводит к постепенному нараста­нию симптомов системной воспалительной реакции. Нередко наблюдает­ся повторная рвота.

При исследовании живота напряжение брюшной стенки в правой под­вздошной области становится менее интенсивным, чем при флегмонозном аппендиците, но попытка глубокой пальпации немедленно вызывает рез­кое усиление болей. Весь живот чаще всего умеренно вздут, перистальтика ослаблена или отсутствует. Выражен симптом Щеткина-Блюмберга, а также симптом Воскресенского. Положительными также могут быть симп­томы Ровзинга, Ситковского, Бартомье-Михельсона.

Температура тела при гангренозном аппендиците нередко бывает или нормальной (до 37°С), или даже ниже нормы (до 36°С). Число лейкоцитов значительно снижается (10х109-12х109/л) или находится в пределах нор­мы (6х109-8х109/л), но воспалительный сдвиг в формуле белой крови мо­жет достигать значительной степени в сторону увеличения юных форм нейтрофилов.

Несоответствие выраженной тахикардии (100-120 ударов в минуту) уровню температуры тела на фоне явных признаков тяжелого воспали­тельного процесса носит название «токсических ножниц». Этот признак характерен для гангренозного аппендицита и должен учитываться в диаг­ностике данной формы заболевания.

Иногда у лиц преклонного возраста развивается так называемый пер­вично-гангренозный аппендицит. Он является результатом первичного на­рушения кровотока по артерии червеобразного отростка вследствие атеро­склероза или тромбоза, т. е. по существу возникает инфаркт червеобразного отростка, который непосредственно переходит в гангрену отростка, минуя катаральную и флегмонозную формы острого аппендицита. Клинические проявления этого состояния отличаются от выше изложенной картины обычного гангренозного аппендицита. Начальный период первично гангре­нозной формы острого аппендицита характеризуется резкими болями, воз­никающими в правой подвздошной области вследствие инфаркта червеоб­разного отростка. Острые боли вскоре стихают, что обусловлено быстрой гибелью нервных окончаний в лишенном кровоснабжения органе. Одновре­менно в связи с бурным развитием бактериального воспаления и выходом процесса за пределы червеобразного отростка быстро появляются симптомы

раздражения брюшины, значительно повышается температура тела и возра­стает лейкоцитоз. В последующем подвергшийся тотальному некрозу черве­образный отросток может полностью отторгнуться от слепой кишки (так называемая самоампутация отростка) и лежать свободно в брюшной полос­ти, что обнаруживают во время оперативного вмешательства.

При перфоративном аппендиците момент прободения стенки отрос­тка проявляется возникновением резчайшей боли в правой подвздошной области, что становится особенно заметным на предшествующем фоне мнимого стихания болей в период развития гангренозного аппендицита. Боль в правой подвздошной области остается постоянной и интенсивность ее нарастает. Возникает неоднократная рвота, связанная не только с раз­дражением брюшины, но и с развивающейся эндотоксикацией.

При осмотре больного обращает на себя внимание тахикардия, сухой об­ложенный коричневатым налетом язык. Брюшная стенка, ригидность кото­рой уменьшается при гангренозной форме острого аппендицита, снова ста­новится напряженной. Это напряжение носит вначале локальный характер, а затем все более распространяется по брюшной стенке по мере проникнове­ния гнойного выпота в соответствующие отделы брюшной полости. Резко выражены все симптомы раздражения брюшины. Живот постепенно стано­вится все более вздутым, перистальтика отсутствует, что, несомненно, свиде­тельствует о развивающемся разлитом гнойном перитоните.

Отмечается значительное повышение температуры тела, которая иног­да принимает гектический характер. Число лейкоцитов повышено или даже снижено (так называемый лейкоцитоз потребления), но всегда на­блюдается резкий нейтрофильный сдвиг в формуле крови.

Исход прободения червеобразного отростка может быть двояким: либо развивается разлитой гнойный перитонит, либо процесс заканчивается формированием локального гнойника в брюшной полости. Оба эти исхода относятся к осложнениям острого аппендицита, поэтому клиническая кар­тина их описана в соответствующем разделе.

Клинические проявления атипичных форм

Эмпиема червеобразного отростка встречается в 1-2 % случаев ост­рого аппендицита. Эта форма заболевания, хотя морфологически и стоит ближе всего к флегмонозному аппендициту, в клиническом отношении имеет существенные от него отличия. Прежде всего, при эмпиеме червеоб­разного отростка боли в животе не имеют характерного смещения (отрица­тельный симптом Кохера-Волковича), а начинаются непосредственно в

правой подвздошной области. Эти боли тупые, медленно прогрессируют, достигают максимума лишь к 3-5 дню заболевания. К этому времени они нередко принимают пульсирующий характер, наблюдается однократная или двукратная рвота.

Общее состояние больного в первый период заболевания страдает мало, температура тела нормальная или незначительно повышена, но на фоне пуль­сирующих болей появляется озноб с повышением температуры до 38-39°С.

При объективном исследовании даже в поздних стадиях заболевания брюшная стенка не напряжена, отсутствуют также другие симптомы раз­дражения брюшины. Симптомы Ровзинга, Ситковского, Бартомье-Михельсона чаще всего положительны. При глубокой пальпации правой под­вздошной области выявляют значительную болезненность; у худощавых людей удается прощупать резко утолщенный, болезненный червеобраз­ный отросток. Эмпиему червеобразного отростка нередко удается обнару­жить при УЗИ брюшной полости.

Число лейкоцитов в первые сутки остается нормальным, в последую­щем наблюдается быстрое его увеличение до 20x109/л и выше, с нарастани­ем нейтрофильного сдвига.

Ретроцекальный острый аппендицит. Частота расположения черве­образного отростка позади слепой кишки, в среднем составляет 5-7 %. Рас­положенный ретроцекально червеобразный отросток, как правило, тесно прилежит к задней стенке слепой кишки, имеет короткую брыжеечку, что обусловливает его изгибы и деформации. В 2 % случаев червеобразный от­росток полностью располагается забрюшинно. В то же время находящийся позади слепой кишки отросток может тесно прилежать к печени, правой почке, поясничным мышцам, что обусловливает известные особенности клинических проявлений ретроцекального аппендицита.

Так же как и любой другой, ретроцекальный аппендицит начинается с болей в эпигастральной области или по всему животу, которые в последую­щем локализуются в области правого бокового канала или в поясничной области. Тошнота и рвота наблюдаются несколько реже, чем при типичном положении червеобразного отростка. Нередко в первые часы заболевания бывает двух- или трёхкратный полужидкий кашицеобразный стул со сли­зью вследствие раздражения слепой кишки тесно прилежащим к ней вос­паленным отростком, а при близком соседстве с почкой или мочеточником, могут возникать дизурические расстройства.

При исследовании живота даже при деструкции отростка не всегда уда­ется выявить типичные симптомы аппендицита, за исключением болез­ненности в области правого бокового канала или несколько выше гребня подвздошной кости. Симптомы раздражения брюшины в этом случае так-же не выражены. Только при исследовании поясничной области нередко удается выявить напряжение мышц в треугольнике Пти (пространство, ограниченное широчайшей мышцей спины, боковыми мышцами живота и подвздошной костью). Характерным для ретроцекального аппендицита является симптом Образцова. Сущность его заключается в выявлении бо­лезненного напряжения правой подвздошно-поясничной мышцы: в поло­жении лежа поднимают кверху вытянутую правую ногу больного, а затем просят самостоятельно ее опустить. При этом больной ощущает глубокую боль в поясничной области справа. Ряд больных еще до исследования этого симптома предъявляет жалобы на болезненность в поясничной области при движениях правой ногой, что имеет аналогичную природу.

Ретроцекальный аппендицит чаще, чем другие разновидности этого за­болевания, заканчивается деструкцией отростка. К этому ведут отсутствие мощных брюшинных образований, близость забрюшинной клетчатки, пло­хое опорожнение червеобразного отростка вследствие изгибов и деформа­ций, худшие условия кровоснабжения из-за укороченной и нередко дефор­мированной брыжеечки. В связи с этим наряду со скудными симптомами аппендицита со стороны брюшной полости нередко имеются признаки раз­вивающейся системной воспалительной реакции. Температура тела и лей­коцитоз чаще всего повышается несколько больше, чем при типичной ло­кализации червеобразного отростка.

Тазовый острый аппендицит. Низкое (тазовое) расположение червеоб­разного отростка встречается у 16 % мужчин и у 30 % женщин (т. е. у женщин почти в 2 раза чаще, чем у мужчин). Этот факт, а также нередко встречающи­еся у женщин воспалительные заболевания гениталий создают известные трудности в распознавании тазового аппендицита. Тем не менее, начало за­болевания и в этом случае чаще всего типично: боли начинаются в эпигастральной области или по всему животу, а спустя несколько часов локализуют­ся над лобком, либо над паховой связкой справа. Тошнота и рвота не харак­терны, но в связи с близостью прямой кишки и мочевого пузыря, нередко возникает частый стул со слизью и дизурические расстройства.

При тазовом аппендиците процесс быстро отграничивается окружаю­щими органами, поэтому при исследовании живота далеко не всегда удает­ся отметить напряжение мышц брюшной стенки и другие симптомы раз­дражения брюшины. Симптомы Ровзинга, Ситковского, Бартомье-Михельсона также нехарактерны. В ряде случаев оказывается положитель­ным симптом Коупа - болезненное напряжение внутренней запирателъной мышцы. Вызывают его следующим образом: в положении больной лежа на спине сгибают правую ногу в колене и ротируют бедро кнаружи. При этом больная ощущает боль в глубине таза справа. Необходимо отметить, что симптом Коупа может быть положительным и при других воспа­лительных процессах в области малого таза, в частности при гинекологи­ческих заболеваниях. При подозрении на тазовый аппендицит исключи­тельную ценность приобретают вагинальное и ректальное исследования, при которых удаётся выявить не только болезненность в области дугласова пространства, но и определить наличие выпота в брюшной полости или воспалительного инфильтрата, выяснить состояние гениталий и др.

В связи с ранним отграничением воспалительного процесса темпера­турная и лейкоцитарная реакция при тазовом аппендиците выражены сла­бее, чем при обычной локализации червеобразного отростка.

Подпеченочный острый аппендицит. Изредка наблюдается высокое ме­диальное (подпеченочное) расположение червеобразного отростка, что очень затрудняет диагностику острого аппендицита. Болезненность в области пра­вого подреберья, наличие здесь же напряжения мышц и других симптомов раздражения брюшины скорее всего порождают мысль об остром холецисти­те. Между тем в этом случае типичный для приступа острого аппендицита анамнез является отправной точкой для установления правильного диагноза. Помимо этого, в большинстве случаев острого холецистита удается пальпиро­вать увеличенный желчный пузырь, в то время как при остром аппендиците пальпировать какое-либо патологическое образование в животе не удается; исключение составляют лишь случаи аппендикулярного инфильтрата.

Левосторонний острый аппендицит. Еще реже в клинической прак­тике встречается так называемый левосторонний аппендицит. Он наблю­дается либо при обратном расположении внутренних органов (situs viscerum inversus ), либо в случае мобильной слепой кишки, имеющей длин­ную брыжейку. В том и другом случае типичные для аппендицита симпто­мы наблюдаются в левой подвздошной области. Вместе с тем, если при под­вижной слепой кишке аппендэктомия может быть без труда выполнена путем обычного правостороннего доступа, то в случае истинного обратного расположения внутренних органов необходимо произвести разрез в левой подвздошной области. Вот почему, наблюдая клинику левостороннего ост­рого аппендицита, необходимо прежде всего убедиться в отсутствии ука­занной аномалии, а затем уже дифференцировать аппендицит от других острых заболеваний органов брюшной полости.

Клиническое течение острого аппендицита в первой половине беремен­ности почти не отличается от его течения вне беременности. Существен­ные отличия имеет лишь аппендицит, осложняющий вторую половину бе­ременности.

Прежде всего, обращает внимание невыраженность болевого синд­рома, вследствие чего больные не фиксируют на нем внимания, отожде­ствляя его с болями, часто возникающими во второй половине беремен­ности вследствие растяжения связочного аппарата матки. Тем не менее, внимательный расспрос позволяет установить начало болей в эпигастральной области и постепенное смещение их к месту локализации чер­веобразного отростка (симптом Кохера-Волковича). Рвота не имеет ре­шающего значения, так как она нередко наблюдается при беременности вообще.

При исследовании живота необходимо учитывать локализацию черве­образного отростка, который смещается кверху по мере увеличения сроков беременности (см. рис. 5.2) Таким образом, локальная болезненность при остром аппендиците во второй половине беременности будет определяться не в правой подвздошной области, а значительно выше. Вследствие растя­жения брюшной стенки увеличенной маткой локальное напряжение мышц выражено слабо. При поздних сроках беременности, когда слепая кишка и её отросток находятся позади увеличенной матки, могут быть отрицатель­ными и другие симптомы раздражения брюшины: Щёткина-Блюмберга,

Воскресенского и т.д. В этот период, как правило, хорошо выражен псоас-симптом Образцова и в ряде случаев симптомы Ситковского и Бартомье-Михельсона.

Температурная реакция выражена слабее, чем вне беременности. Число лейкоцитов умеренно повышается, но при этом необходимо учитывать, что лейкоцитоз до 12х109/л у беременных - явление физиологическое.

Диагностика Острого апендицита:

В хирургии нет заболевания более известного, чем острый аппендицит, но в то же время в большинстве случаев его распознавание представляет трудности. Это обусловлено, с одной стороны тем, что аппендицит, особенно в ранних стадиях заболевания, нередко не имеет характерных клиничес­ких проявлений, а с другой - тем, что врач, наблюдающий больного, распо­лагает ограниченным временем для распознавания болезни и выбора ле­чебной тактики. Последнее обстоятельство исключает применение каких-либо сложных инструментальных (кроме УЗИ) и лабораторных методик, поэтому диагноз острого аппендицита строится почти исключительно на данных расспроса и физикального обследования.

Анамнез и общий осмотр играют исключительно важную роль в диаг­ностике острого аппендицита. Начало болей в эпигастральной области или по всему животу с постепенным смещением их в правую подвздошную об­ласть (симптом Кохера-Волковича) характерно именно для острого аппен­дицита и редко встречается при других заболеваниях. Столь же присуща аппендициту скудная одно- или двукратная рвота, которая обычно бывает у больных дома до поступления в хирургический стационар.

При объективном исследовании следует прежде всего произвести оценку общего состояния. Оно мало страдает при катаральном и флегмонозном аппендиците, но при гангренозной его форме, несмотря на оптими­стичное настроение больного, удается выявить бледность, малоподвиж­ность, сухой обложенный язык, тахикардию и другие признаки системной воспалительной реакции. Еще более страдает общее состояние при перфоративном аппендиците. Больной, как правило, бледен, безучастен, иногда стонет от болей. Черты лица заострены, колени нередко приведены к живо­ту, пульс значительно учащен, артериальное давление понижено.

Осмотр живота при катаральной форме острого аппендицита не выяв­ляет каких-либо особенностей, но при флегмонозной форме удается найти некоторое отставание правой подвздошной области при дыхании. При ганг­ренозной форме это отставание становится легко заметным, а при перфоративном аппендиците в дыхании не участвует вся правая половина живота.

Пальпация живота должна проводиться бережно, в противном случае можно получить неверные данные из-за активного сопротивления больно­го. Вначале производят поверхностную пальпацию, которую начинают с левой подвздошной области, затем, постепенно переходя вправо, выявля­ют зону гиперестезии и локальное напряжение мышц живота в правой под­вздошной области.

После этого производят методическую глубокую пальпацию по Образ­цову-Стражеско, которую также начинают с левых нижних отделов живо­та, а затем путем глубокой поэтапной пальпации выявляют болезненность в правой подвздошной области. При эмпиеме червеобразного отростка у худощавых людей удается прощупать утолщённый отросток в виде про­долговатого, подвижного болезненного образования. Следует помнить, что глубокая пальпация при деструктивных формах аппендицита нередко ока­зывается невозможной вследствие резко выраженной болезненности и напряжения мышц.

Проводя пальпацию, вначале определяют симптомы Воскресенского, Щеткина-Блюмберга, Ровзинга, Ситковского, Бартомье-Михельсона, а затем — симптом Образцова. Нельзя забывать и о пальпации правой по­ясничной области, которая может иметь решающее значение для распозна­вания ретроцекальной формы острого аппендицита. В этом случае болез­ненность, напряжение мышц и симптом Щеткина-Блюмберга будут опре­деляться соответственно в этой зоне.

Строго обязательным являются вагинальное и ректальное исследова­ния. Ценность их заключается в том, что при этом осуществляется прямая пальпация самого нижнего этажа брюшной полости. При тазовой локали­зации червеобразного отростка или при скоплении здесь гнойного выпота указанные исследования выявят значительную болезненность в области заднего свода влагалища или передней стенки прямой кишки, а также ха­рактерное для жидкости баллотирование. Помимо этого, вагинальное ис­следование может сыграть решающую роль в дифференциальном диагнозе между острым аппендицитом и воспалением придатков матки.

К минимальным исследованиям, необходимым для установления диаг­ноза острого аппендицита, относятся измерение температуры тела и опре­деление лейкоцитарной реакции. Температура, как правило, повышена при любой форме острого аппендицита, однако она редко бывает выше 38° С. Лишь при формирующемся аппендикулярном гнойнике или разлитом пе­ритоните температура тела может достигать или превышать 39° С.

Лейкоцитоз характерен для всех стадий острого аппендицита. Динамика его изменений описана нами при освещении клинических форм заболева­ния. Необходимо лишь добавить, что в диагностике острого аппендицита лейкоцитоз не имеет самостоятельного значения, поскольку он наблюдается и при других заболеваниях воспалительного характера, а при развитии ганг­рены отростка его может и вообще не быть. Гораздо большее значение приоб­ретает оценка формулы белой крови, в частности наличие или отсутствие нейтрофильного сдвига: увеличение содержания молодых форм (палочкоядерных нейтрофилов, миелоцитов и промиелоцитов) в ущерб содержанию зрелых (сегментоядерных) нейтрофилов. При бурном развитии деструктив­но-воспалительного процесса общее число лейкоцитов может быть даже снижено (и иногда - значительно!), в то время как в формуле белой крови преобладают молодые формы нейтрофилов. Этот так называемый лейкоци­тоз потребления отражает крайнюю степень напряжения работы кроветвор­ной системы, когда она не в состоянии в полной мере обеспечить потребности организма при воспалении должным количеством нейтрофилов. Поэтому само по себе общее снижение числа лейкоцитов в периферической крови на фоне выраженной клиники острого аппендицита не может служить призна­ком стихания воспалительного процесса. Только оценка изменений лейко­цитарной формулы может создать истинное представление о положитель­ной или отрицательной динамике в течении приступа острого аппендицита.

Диагноз острого аппендицита при типичной локализации червеобраз­ного отростка наиболее затруднителен в течение первых часов заболева­ния, т. е. в стадии «катарального» воспаления, поскольку в этот период симптоматика неспецифична: мало страдает общее состояние больного, от­сутствуют симптомы раздражения брюшины и др. Вот почему именно при катаральной форме острого аппендицита встречается наибольшее количе­ство диагностических ошибок. В лучшем случае это приводит к напрасно­му удалению червеобразного отростка. Тем не менее, внимательная оценка анамнеза и данных физикального исследования, а также использование лапароскопии в значительной мере снижают частоту неверных диагнозов и таким образом, исключает проведение ненужных аппендэктомий.

В начальной стадии заболевания, когда отсутствуют признаки деструк­тивного процесса и диагноз острого аппендицита вызывает сомнение, до­пустимо динамическое наблюдение за больным до появления четких про­явлений заболевания. В этот период могут быть проведены специальные исследования, облегчающие дифференциальный диагноз: хромоцистоскопия, экскреторная урография, лапароскопия, ультразвуковое сканирова­ние брюшной полости.

Дифференциальный диагноз

Острый аппендицит приходится дифференцировать почти от всех ост­рых заболеваний органов брюшной полости и забрюшинного простран­ства. Этому, с одной стороны, способствует чрезвычайная вариабельность расположения червеобразного отростка, а с другой - нередкое отсутствие специфической симптоматики заболевания.

В начальной стадии, когда боль еще не имеет четкой локализации в пра­вой подвздошной области, а наблюдается преимущественно в эпигастральной или мезогастральной области, чаще всего приходится дифференциро­вать острый аппендицит от острого гастроэнтерита, острого панкреатита и гораздо реже - от прободения язвы желудка и двенадцатиперстной кишки.

Острый гастроэнтерит в отличие от острого аппендицита начинается с довольно сильных схваткообразных болей в верхних и средних отделах живота. При расспросе

больного почти всегда удается выявить провоцирующий фактор в виде изменения дие­ты, например приём большого количества жирных и острых продуктов, алкоголя и пр. Почти одновременно со схваткообразными болями возникает неоднократная рвота вна­чале съеденной пишей, а затем и желчью. При значительном поражении слизистой обо­лочки желудка может наблюдаться рвота с примесью свежей крови. Спустя несколько часов, на фоне схваткообразных болей нередко появляется частый жидкий стул.

При объективном исследовании живота обращает на себя внимание отсутствие локализованной болезненности, симптомов раздражения брюшины и симптомов, ха­рактерных для острого аппендицита: Ровзинга, Ситковского, Образцова и др. При аускультации живота выслушивается усиленная перистальтика. Пальцевое ректальное исследование выявляет наличие жидкого кала с примесью слизи, отсутствие нависания и болезненности передней стенки прямой кишки. Температура тела, как правило, нормальная или субфебрильная. Лейкоцитоз возрастает умеренно, палочкоядерный сдвиг отсутствует или выражен незначительно.

Острый панкреатит в отличие от острого аппендицита начинается с резких болей чаще опоясывающего характера, в верхних отделах живота. Боли нередко иррадиируют в спину и сопровождаются многократной рвотой желчью, не приносящей облегчения.

В начальной стадии острого панкреатита больные ведут себя беспокойно, затем по мере нарастания интоксикации они становятся вялыми, адинамичными; при бурно прогрессирующем заболевании может наблюдаться коллапс. Кожные покровы блед­ные, иногда с некоторым акроцианозом, пульс значительно учащён, в то время как тем­пература по крайней мере в течение первых часов заболевания остается нормальной.

При объективном исследовании живота обращает на себя внимание несоответствие между тяжестью общего состояния и относительно невыраженной болезненностью в эпигастральной области. В правой подвздошной области болезненность чаще всего от­сутствует вообще. Лишь в поздних стадиях острого панкреатита по мере распростране­ния выпота из сальниковой сумки и правого подреберья в сторону правого бокового ка­нала и подвздошной области могут появиться симптомы, симулирующие острый аппен­дицит. Между тем и в этом случае анамнез заболевания, наличие максимальной болез­ненности в эпигастральной области и характерных для острого панкреатита симптомов (отсутствие пульсации брюшной аорты в эпигастрии, наличие болезненной резистентности брюшной стенки несколько выше пупка и болезненности в левом реберно-позвоночном углу), будут способствовать установлению истинного диагноза.

В трудных случаях дифференциальной диагностики большим подспорьем служит лабораторная оценка содержания амилазы (диастазы) в крови и моче. В частности, если содержание амилазы в моче превышает 128 ед. (по Вольгемуту), то при сомнении в диагнозе этот факт свидетельствует скорее в пользу острого панкреатита.

Прободная язва желудка или двенадцатиперстной кишки имеет настолько харак­терную клинику, что практически трудно принять это осложнение язвенной болезни за острый аппендицит. Наличие классической триады (желудочный анамнез, кин­жальная боль в эпигастральной области, распространенное мышечное напряжение), как правило позволяет сразу же установить точный диагноз. Кроме того, при прободе­нии язвы очень редко бывает рвота и часто выявляется исчезновение печеночной ту­пости - симптом, патогномоничный для прободения полого органа.

Диагностические сомнения возникают лишь в случаях прикрытого прободения язвы, когда попавшее в брюшную полость содержимое желудка и появившийся выпот постепенно опускаются в правую подвздошную ямку, где и задерживаются. Соответственно этому смещаются и боли: они стихают в эпигастральной области после при­крытия прободения и, наоборот, возникают в правой подвздошной области по мере проникновения в нее желудочного содержимого. Подобный ложный симптом Кохера-Волковича может способствовать неверному заключению о наличии острого аппенди­цита и повлечь за собой ошибку в хирургической тактике. Ошибка тем более возмож­на, что при описанной ситуации в правой подвздошной области отчетливо определя­ются мышечное напряжение и другие симптомы раздражения брюшины: Щеткина-Блюмберга, Воскресенского и др. Исходя из этого, в данном случае чрезвычайно важ­ное значение приобретает оценка ближайшего и отдаленного анамнеза заболевания. Длительно существующий желудочный дискомфорт или прямые указания на предше­ствующую язвенную болезнь, начало острого заболевания не с тупых, а с очень резких болей в эпигастральной области, отсутствие рвоты свидетельствуют не в пользу остро­го аппендицита. Сомнения могут быть полностью разрешены при перкуторном или рентгенологическом выявлении свободного газа в брюшной полости.

К сожалению, в ряде случаев прикрытого прободения язвы, симулирующего ост­рый аппендицит, не удается избежать диагностической ошибки и истинный диагноз становится возможным только во время операции.

При необычной локализации червеобразного отростка (под печенью, вблизи мочевыводящих путей, в малом тазу) возникает необходимость в дифференциальном диагнозе между острым холециститом, урологически­ми и гинекологическими заболеваниями.

Острый холецистит в отличие от острого аппендицита начинается чаще всего не с ту­пых, а с очень острых болей в правом подреберье с типичной иррадиацией в правое плечо и лопатку. Эта начальная стадия острого холецистита, известная под названием желчной (печеночной) колики, сопровождается нередко многократной рвотой пищей и желчью.

При расспросе больного, как правило, выясняется, что подобные приступы болей бывали неоднократно и появление их было связано с изменением обычной диеты: при­емом большого количества жирной пищи, копченостей, алкоголя. Иногда в анамнезе удается установить наличие преходящей желтухи, возникавшей вскоре после приступа болей. Эти анамнестические указания свидетельствуют в пользу острого холецистита.

При обследовании живота следует учитывать, что в случае высокого положения червеобразного отростка максимальная болезненность и напряжение мышц локализу­ются в латеральных отделах правого подреберья, в то время как при холецистите эти признаки выявляются более медиально. При остром холецистите нередко удаётся так­же прощупать увеличенный и резко болезненный желчный пузырь.

Температура тела при остром холецистите значительно выше, чем при остром ап­пендиците во всех стадиях заболевания, хотя в целом деструктивный процесс при ост­ром холецистите развивается более медленно, чем при аппендиците. Существенной разницы в динамике лейкоцитоза и в том, и в другом случае, как правило, не имеется.

Ценную информацию можно получить при ультразвуковом исследовании. Оно позволяет четко визуализировать желчный пузырь, обнаружить типичные для его вос­паления признаки (увеличение объема пузыря, толщины его стенок, слоистость сте­нок и т.д.). В то же время надежды на ультразвуковую верификацию диагноза острого аппендицита неоправданно преувеличены, хотя это иногда не удается.

Правосторонняя почечная колика, как правило, начинается не с тупых, а с чрез­вычайно острых болей в правой поясничной или правой подвздошной области. Неред­ко на фоне болей возникает рвота, которая носит рефлекторный характер. Боли в ти­пичных случаях иррадиируют в правое бедро, промежность, половые органы и сопро­вождаются дизурическими расстройствами в виде учащенного и болезненного моче­испускания. Необходимо отметить, что дизурические явления могут наблюдаться и при остром аппендиците, если воспалённый червеобразный отросток находится в тес­ном соседстве с правой почкой, мочеточником или мочевым пузырём, однако в этом случае они менее выражены. В дифференциальной диагностике чрезвычайно важная роль принадлежит анамнезу: как известно, при аппендиците никогда не бывает очень сильных приступообразных болей с описанной выше иррадиацией. Кроме того, не­смотря на сильные субъективные болевые ощущения, во время физикального иссле­дования больного с почечной коликой не удаётся выявить ни интенсивной болезнен­ности в животе, ни симптомов раздражения брюшины.

Сомнения могут быть разрешены после лабораторного исследования мочи и по возможности - срочной экстренной урографии или хромоцистоскопии. Иногда даже макроскопически удаётся отметить интенсивно-красную окраску мочи (макрогемату­рия), не говоря уже о том, что при микроскопии мочевого осадка почти всегда обнаружи­вают избыточное содержание свежих эритроцитов (микрогематурия). Обнаружение на­рушения пассажа мочи по одному из мочеточников, установленное путем урографии или хромоцистоскопии, при наличии описанного выше болевого синдрома служит патогномоничным признаком почечной колики. Иногда разрешить диагностические сомне­ния помогает и обычная обзорная рентгенография мочевых путей, при которой удается заметить тень рентгеноконтрастного конкремента. Определенную ясность в диагноз вносит ультразвуковое обследование, обнаруживающее у ряда больных конкременты в проекции правого мочеточника, увеличение размеров правой почки.

Правосторонний пиелит (пиелонефрит) в отношении дифференциального диагно­за с острым аппендицитом представляет собой более трудную задачу, чем почечная ко­лика. Заболевание, как правило, начинается подостро с тупых распирающих болей в пояснично-подвздошной или мезогастральной области. Рвота и дизурия в начале заболе­вания нередко отсутствуют. Лишь спустя 1-2 дня резко (до 39°С и выше) повышается температура тела. Разумеется и в этом случае важную роль играет анамнез заболевания, поскольку пиелит чаще всего является следствием нарушенного мочевыделения в ре­зультате мочекаменной болезни, беременности, аденомы предстательной железы и др.

Даже при наличии явных признаков гнойной интоксикации не удастся выявить резкой болезненности при пальпации живота и симптомов раздражения брюшины. Вместе с тем необходимо отметить, что при пиелите нередко определяется болезнен­ность в мезогастральной области, подвздошной области и положительный псоас-симп-том Образцова.

Как и при почечной колике, важную роль в дифференциальном диагнозе пиелита и острого аппендицита играет исследование мочи, которое позволяет выявить пиурию. Обзорная и контрастная урография при пиелите имеют меньшее значение, чем при по­чечной колике, хотя и выявляют нередко имеющуюся у больного одно- или двусторон­нюю пиелоэктазию, что также можно установить при ультразвуковом исследовании.

Особенности дифференциальной диагностики острого аппендицита и гинекологической патологии представлены в главе XVIII.

Клинические проявления других острых, но редко встречающихся забо­леваний органов брюшной полости: терминальный илеит (болезнь Крона) в своей начальной стадии, дивертикулит Меккеля и др. не имеют сколько-нибудь характерных отличий от признаков острого аппендицита, поэтому правильный диагноз чаще всего устанавливают только во время операции.

Большим подспорьем в затруднительных случаях дифференциального диагноза при острой патологии органов брюшной полости является лапа­роскопия, которая получает все большее распространение в хирургических стационарах. Лапароскопическое исследование следует проводить в опера­ционной с таким расчетом, чтобы в случае необходимости можно было тот­час же приступить к экстренной операции, в том, числе, лапароскопической аппендэктомии. С этой же точки зрения лапароскопию целесообразно про­водить под общей анестезией.

Дифференциальный диагноз между острым аппендицитом и правосторонним пиелитом во второй половине беременности представляет определенные трудно­сти, так как заболевания имеют много сходных черт: невыраженность болевого синдрома, высокая локализация болей, наличие рвоты. Что же касается присущих пиелиту дизурических явлений, то они могут наблюдаться и при остром аппенди­ците ввиду близкого соседства червеобразного отростка и правой почки в поздние сроки беременности.

Объективное исследование живота указывает на наличие высоко локализованной болезненности, при этом, поскольку илеоцекальный угол находится позади резко уве­личенной матки, симптомы раздражения брюшины могут долго не выявляться.

Существенно отличается лишь начало заболевания: известно, что аппендицит всегда начинается с болей, а затем следует повышение температуры тела и рвота, тог­да как при пиелите заболевание начинается чаще всего с резкого озноба, рвоты, по­вышения температуры, и лишь вслед за этим возникают боли. При внимательном объективном исследовании удаётся заметить, что максимальная болезненность в случае пиелита беременных находится ближе к поясничной области, тогда как при аппендиците она выявляется в области боковой и передней стенки живота. Помочь в правильной ориентации может пальпация живота в положении больной на левом боку; в этом случае, благодаря некоторому смещению матки влево, удается более де­тально прощупать область червеобразного отростка и правой почки. Немаловажным является исследование мочи (обязательно взятой с помощью катетера!), при кото­ром можно обнаружить наличие пиурии как признака гнойного пиелонефрита, а так­же ультразвуковое исследование, выявляющее изменения чашечно-лоханочной сис­темы правой почки. Вместе с тем, если сомнения остаются, больную лучше подверг­нуть операции, чем проводить консервативное лечение с риском развития аппендикулярного перитонита. У беременных хирургическая тактика должна быть более ак­тивна, чем у других категорий больных.

В отношении обезболивания у беременных правило остается тем же, что и вне беременности: при любой форме острого аппендицита следует предпочесть общую анестезию.

В качестве оперативного доступа при несомненном диагнозе в первой половине беременности пользуются разрезом Волковича-Дьяконова. Во второй половине беременности этот доступ может быть неадекватен, по­этому его модифицируют по принципу: чем больше срок беременности, тем выше разрез. Таким образом, в последние недели беременности разрез проводят выше подвздошной кости вследствие значительного смещения слепой кишки и червеобразного отростка кверху. Целесообразно расшире­ние разреза Волковича-Дьяконова за счет надсечения края влагалища пра­вой прямой мышцы живота.

Оперативная тактика при любой форме аппендицита беременных не отличается от общепринятых принципов его лечения. Иначе говоря, здесь полностью сохраняют свое значение особенности оперативной техники и методы дренирования брюшной полости, принятые при различных фор­мах острого аппендицита. Необходимо лишь соблюдать максимальную ос­торожность при манипуляциях вблизи увеличенной матки, поскольку ее травма может послужить непосредственной причиной выкидыша или преждевременных родов. Из тех же соображений тампонаду брюшной по­лости проводят по самым строгим показаниям: 1) при невозможности осу­ществить надежный гемостаз в брюшной полости; 2) при вскрытии отгра­ниченного периаппендикулярного абсцесса.

В послеоперационном периоде, помимо обычной терапии, необходимо назначить лечение, направленное на профилактику преждевременного прерывания беременности. Назначают строгий постельный режим, введе­ние 25 % раствора сульфата магния по 5-10 мл 2 раза в сутки внутримы­шечно, введение токоферола ацетата в дозе 100-150 мг в сутки в виде инъ­екции 10 % масляного раствора по 1 мл 1 раз. При отсутствии лабораторно­го контроля за гормональным фоном следует избегать назначения гормо­нальных препаратов (прогестерон и др.), так как в ряде случаев передози­ровка их может дать противоположный эффект. Категорически противо­показано введение прозерина и гипертонического раствора хлорида на­трия как средств, способствующих сокращению матки. По этой же причине не следует применять гипертонические клизмы.

У беременных наиболее трудную задачу представляет собой лечение разлитого перитонита. Летальность при этом осложнении остается очень высокой и составляет, по данным различных авторов, 23-55 % для матери и 40-92 % для плода, причем наибольшая летальность наблюдается в по­здние сроки беременности. Неблагополучные результаты лечения разли­того гнойного перитонита у беременных породили крайний радикализм хирургической тактики. Считалось необходимым выполнить следующий объем оперативного вмешательства: сразу же после вскрытия брюшной полости произвести кесарево сечение, затем надвлагалищную ампутацию матки, затем аппендэктомию, туалет и дренирование брюшной полости. В настоящее время, благодаря наличию мощных антибактериальных средств, в большинстве подобных случаев удается не прибегать к кесареву сечению, а тем более - к последующей ампутации матки. Необходимо подчеркнуть, что вопрос об объеме и характере вмешательства при декструктивном аппендиците на фоне больших сроков беременности следует решать совместно с акушером-гинекологом, при непосредственном его участии в оперативном вмешательстве. Кратко принцип современной хи­рургической тактики можно сформулировать следующим образом: макси­мальная активность в отношении перитонита, максимальный консерва­тизм в отношении беременности.

В современных условиях при разлитом аппендикулярном перитоните у беременных производят под общей анестезией срединную лапаротомию, эвакуацию гноя, аппендэктомию, туалет брюшной полости и устанавлива­ют дренажи. Операционную рану зашивают наглухо. При доношенной или почти доношенной беременности (36-40 нед) ввиду неизбежности родов на фоне перитонита операцию начинают с кесарева сечения, затем после ушивания матки и перитонизации шва производят аппендэктомию и все дальнейшие манипуляции, связанные с лечением перитонита.

Настоятельная необходимость в ампутации матки возникает лишь при деструктивном ее поражении, что изредка наблюдается в условиях разли­того гнойного перитонита. Следует также учитывать, что при разлитом гнойном перитоните сократительная способность матки значительно сни­жена. В связи с этим иногда после кесарева сечения возникает опасность атонического кровотечения, единственным средством борьбы с которым является немедленная ампутация матки.

Особого внимания заслуживает острый аппендицит в родах. В лите­ратуре существуют разноречивые мнения о том, когда в подобных случаях нужно производить аппендэктомию: до или после родоразрешения, предо­ставить ли роды естественному течению или же произвести одномоментно кесарево сечение и аппендэктомию. По этому поводу необходимо заметить, что хирургическая тактика при аппендиците в родах зависит как от тече­ния родов, так и от клинической формы острого аппендицита. Так, если роды протекают нормально при клинической картине катарального и флегмонозного аппендицита, то нужно способствовать быстрейшему есте­ственному родоразрешению и затем произвести аппендэктомию. Если на фоне нормального течения родов имеется клиническая картина гангреноз­ного или перфоративного аппендицита, то необходимо временно купиро­вать сократительную деятельность матки, произвести аппендэктомию и затем вновь стимулировать родовую деятельность. В условиях патологи­ческих родов нужно произвести одномоментно кесарево сечение и аппен­дэктомию при любой клинической форме острого аппендицита.

Независимо от сроков родоразрешения больную для аппендэктомии и последующего послеоперационного ведения необходимо перевести в хирургическое отделение, где она должна наблюдаться как хирургом, так и гинекологом.

Острый аппендицит у детей встречается значительно реже, чем у взрослых. Подавляющее большинство случаев заболевания приходится на возраст старше 5 лет. Редкость острого аппендицита до 5-летнего возраста объясняется тем, что червеобразный отросток имеет воронкообразную форму, способствующую хорошему опорожнению отростка, а также тем, что лимфоидный аппарат червеобразного отростка в этот период жизни развит еще слабо.

Острый аппендицит у детей протекает более бурно, чем у взрослых. Это обусловлено недостаточной сопротивляемостью детского организма к ин­фекции, слабыми пластическими свойствами детской брюшины, недоста­точным развитием сальника, который не доходит до червеобразного отрос­тка и таким образом не участвует в создании отграничивающего барьера.

Возникшие в животе боли нередко носят схваткообразный характер и не имеют той четкой динамики, которая характерна для острого аппенди­цита у взрослых. Необходимо отметить, что дети до 10-летнего возраста, как правило, не могут точно локализовать боли, что затрудняет распозна­вание заболевания. Рвота у детей чаще всего бывает многократной, стул не имеет тенденции к задержке, а у детей младшего возраста даже учащен. Характерной является поза больного ребенка. Он лежит на правом боку или на спине, приведя ноги к животу и положив руку на правую под­вздошную область, защищает ее от осмотра врачом. При осторожной пальпации здесь нередко удается выявить гиперестезию, напряжение мышц и зону наибольшей болезненности. Даже в первые часы заболева­ния бывают выражены симптомы Щеткина-Блюмберга, Воскресенского, Бартомье-Михельсона.

Температура уже с самого начала заболевания значительно выше, чем у взрослых, нередко она достигает и превышает 38°С. Количество лейкоци­тов также повышено, но оно редко превышает 20х109/л наряду с имеющим­ся нейтрофильным сдвигом.

При дифференциальной диагностике острого аппендицита у детей заслуживают внимания следующие заболевания: плевропневмония, ост­рый гастроэнтерит, дизентерия, геморрагический васкулит (болезнь Шенлейна-Геноха).

При дифференцировании плевропневмонии нужно учитывать, что это заболева­ние характеризуется не только болями, распространяющимися в сторону живота, но и кашлем, иногда с преходящим цианозом губ, крыльев носа и одышкой. Следует напом­нить, что у детей нормальное соотношение дыхания и пульса составляет 1:4, и если

соотношение становится 1:3 или 1:2, то это скорее говорит в пользу острой пневмонии. При плевропневмонии также можно выслушать хрипы и шум трения плевры на соот­ветствующей стороне грудной клетки.

При дифференцировании гастроэнтерита нужно учитывать, что это заболевание начинается, как правило, не с болей в животе, а со рвоты и появления характерного многократного водянистого стула; боли в отличие от острого аппендицита присоеди­няются позднее. Кроме того, при гастроэнтерите они носят резко выраженный схват­кообразный характер, вслед за чем, нередко следует позыв к стулу. Температура при указанном заболевании повышена, как и при аппендиците, но число лейкоцитов нор­мальное или даже несколько снижено, нейтрофильный сдвиг не выражен.

Необходимость дифференцировать острый аппендицит от дизентерии возникает чаще всего в младшей возрастной группе. Здесь, прежде всего, играет роль анамнез, в частности указания на то, что аналогичное заболевание появилось сразу у нескольких детей, особенно в детских коллективах. Боли при дизентерии носят четко схваткооб­разный характер и локализуются преимущественно в левой половине живота, много­кратный жидкий стул нередко сопровождается примесью крови. Максимальная пальпаторная болезненность определяется в нижних отделах живота слева, симптомы раз­дражения брюшины, за редким исключением, не выявляются. Температура тела при дизентерии нередко высокая (38,0-39,0 °С), число лейкоцитов может быть повышен­ным без существенного нейтрофильного сдвига.

Для исключения геморрагического васкулита учитывают, что боли в животе при этом заболевании вызваны множественными мелкими субсерозными кровоиз­лияниями и не имеют четкой локализации. Помимо этого, внимательный осмотр кожных покровов позволяет выявить наличие или остаточные явления геморраги­ческой экзантемы на симметричных участках туловища, конечностей, ягодичных об­ластей. Следует также обратить внимание на слизистую оболочку щек, подъязычно­го пространства, где удается еще до появления сыпи на кожных покровах выявить наличие мелких подслизистых кровоизлияний. Брюшная стенка при исследовании не напряжена, однако симптом Щеткина-Блюмберга чаще всего резко выражен, жи­вот вздут и равномерно болезнен. При ректальном исследовании можно обнаружить кровянистое содержимое кишечника. Температура тела порой достигает 38°С и выше, число лейкоцитов также чаще всего повышено без существенного нейтро­фильного сдвига.

В случае значительных затруднений в дифференциальном диагнозе, если отсутствуют симптомы раздражения брюшины, допустимо динами­ческое наблюдение за ребенком в течение 6-12 часов.

Вместе с тем следует помнить, что аппендицит у детей протекает зна­чительно более бурно, чем у взрослых, и нередко уже в течение первых суток заболевания развивается деструкция отростка. Исходя из этого, у детей хирургическая тактика в целом должна быть более активной, чем у взрослых.

Всё это в полной мере относится и к аппендикулярному инфильтра­ту, который у детей нередко образуется уже на 2-й день заболевания. Поскольку у детей червеобразный отросток относительно длинен, а саль­ник, наоборот короток и брюшина не обладает достаточными пластичес­кими свойствами, образовавшийся инфильтрат «непрочен» и не может служить надёжным препятствием для распространения инфекции по брюшной полости. В связи с этим операция показана даже при формиру­ющемся (пальпируемом) аппендикулярном инфильтрате, тем более что выделение червеобразного отростка из рыхло спаянных органов не пред­ставляет особой трудности.

Аппендэктомию у детей всегда проводят под общей анестезией. В каче­стве оперативного доступа используют разрез Волковича-Дьяконова, за исключением случаев разлитого гнойного перитонита, когда показана нижнесрединная лапаротомия.

В большинстве случаев аппендэктомия у детей технически не сложна ввиду отсутствия спаечного процесса и сраще

Лечение Острого апендицита:

Лечебная тактика при остром аппендиците в отличие от многих других заболеваний органов брюшной полости общепризнанна. Она заключается в возможно более раннем удалении воспаленного червеобразного отрост­ка, если только диагноз не вызывает сомнений.

Лишь в исключительных случаях при катаральном аппендиците у крайне тяжелых и ослабленных больных, у которых аппендэктомия таит в себе значительно больший риск, чем непосредственно само заболевание, допустима консервативно-выжидательная тактика до полного стихания процесса или появления симптомов раздражения брюшины. Разумеется, в последнем случае, т. е. уже в стадии флегмонозного воспаления, произво­дят экстренную аппендэктомию.

Аппендэктомию, как и любое другое полостное вмешательство, пред­почтительнее выполнять под общей анестезией. При этом бесспорное пре­имущество имеет современный эндотрахеальный наркоз, создающий в случае необходимости возможность широкой ревизии и свободы манипу­ляций в брюшной полости. При невозможности наркоза допустимо выпол­нение операции под местной анестезией.

Следует подчеркнуть, что общая анестезия при аппендэктомии настоя­тельно показана у душевнобольных, психически неуравновешенных лю­дей, у детей, а также при сомнении в диагнозе и клинической картине рас­пространенного перитонита. Следует помнить, что замена местной анесте­зии наркозом в процессе уже начатой операции является худшим вариан­том обезболивания как для больного, так и для хирурга. В связи с этим если до операции имеются колебания в выборе местного или общего обез­боливания, то всегда следует предпочесть наркоз.

Типичную аппендэктомию производят с помощью косого переменно­го доступа в правой подвздошной области, известного в отечественной ли­тературе под названием доступа Волковича-Дьяконова. Для проведения кожного разреза при этом доступе служат следующие ориентиры: линию, соединяющую пупок и верхнюю переднюю подвздошную ость, делят на три равные части и затем на границе наружной и средней трети этой линии перпендикулярно к ней проводят кожный разрез. При этом 1/3 его должна находиться над указанной линией и 2/3 - ниже нее.

Оперируя беременных по поводу острого аппендицита, необходимо из­менять локализацию кожного разреза в соответствии со сроками беремен­ности и происходящего соответственно им смещения купола слепой киш­ки вместе с червеобразным отростком.

Если операцию производят под местным обезболиванием, то вначале в проекции разреза анестезируют кожу, нагнетая в нее 0,25 % раствор новокаина до образования «лимонной корочки». Затем инфильтруют новокаином подкожную жировую клетчат­ку и лишь после этого производят разрез кожи. Одномоментная анестезия на всю тол­щу брюшной стенки, так же как и ромбовидная анестезия из четырех точек по Биру, нежелательна, так как она может привести к образованию гематом, проколу подлежа­щей кишки и другим осложнениям, не говоря уже о неудовлетворительном качестве обезболивания.

Длина кожного разреза для аппендэктомии составляет обычно 10-12 см; именно такой разрез создает максимальные удобства для удаления червеобразного отростка. Необходимо подчеркнуть, что неоправданное уменьшение разреза (особенно у тучных больных) ведет к большей травме тканей во время операции и создает дополнительные предпосылки для послеоперационных осложнений.

После разреза кожи и подкожной жировой клетчатки производят тща­тельный гемостаз. При местной анестезии вводят новокаин под апоневроз наружной косой мышцы, надсекают его скальпелем и вскрывают ножница­ми по ходу волокон. В верхнем углу раны обычно надсекают и саму наруж­ную косую мышцу, а при варианте низкого ее окончания приходится надсе­кать мышцу на значительном протяжении, но также по ходу ее волокон.

После рассечения апоневроза анестезируют подлежащие внутреннюю ко­сую и поперечную мышцы, надсекают перимизий и разводят их тупыми крючками по ходу волокон, т. е. в перпендикулярном направлении по отно­шению к кожной ране. Именно поэтому доступ Волковича-Дьяконова в некоторых руководствах называют также переменным крестообразным до­ступом. Обычно при разведении мышц удается вскрыть прилежащую к ним снизу поперечную фасцию и обнажить непосредственно брюшину.

Подойдя к брюшине, рану снова изолируют, для чего используют мар­левые салфетки во избежание высыхания обнаженных тканей. При вскры­тии брюшины следует быть особенно внимательным, чтобы не повредить прилежащей к ней кишки. С этой целью брюшину осторожно приподнима­ют пинцетом и надсекают ее, следя, чтобы противоположная бранша нож­ниц хорошо просвечивала сквозь серозные листки. Одновременно необхо­димо приготовить марлевый тупфер для того, чтобы сразу же осушить рану, если в нее начнет изливаться выпот из брюшной полости, а также взять часть смоченной выпотом марли для бактериологического посева.

Проникнув в брюшную полость, отыскивают слепую кишку. Если это­му мешают петли тонких кишок, то их осторожно отводят медиально, ос­матривая область бокового канала и подвздошной ямки. В отличие от тон­кой кишки слепая имеет три хорошо выраженные, продольные мышечные ленты (taenia coli ). Слепая кишка обладает некоторой подвижностью и, как правило, ее удается извлечь в рану. Если кишка фиксирована спайками, то их рассекают. Как известно, основание червеобразного отростка и начало его брыжеечки находятся в месте слияния всех трех лент на куполе слепой кишки. В связи с этим чаще всего вместе с куполом слепой кишки удается извлечь в рану и червеобразный отросток. Если же дистальный отдел отро­стка фиксирован в глубине и не выводится в рану, то необходимо подвести под его основание толстую лигатуру или влажную узкую марлевую тесем­ку и опустить купол слепой кишки обратно в брюшную полость. При потя­гивании затем за тесемку удается увидеть и рассечь сращения, мешающие мобилизации червеобразного отростка. Необходимо помнить, что форси­рованное извлечение воспаленного червеобразного отростка недопустимо, так как при этом легко можно разорвать его или даже совсем оторвать от слепой кишки и брыжеечки. Если после рассечения видимых сращений червеобразный отросток все же не выводится в рану, нужно приступить к ретроградной аппендэктомии, техника которой описана ниже.

После выведения червеобразного отростка в рану производят анесте­зию его брыжеечки (при наркозе в этом нет необходимости) и накладыва­ют на нее лигатуру. С этой целью у основания отростка с помощью зажима проводят толстую нить, которой и перевязывают брыжеечку, следя за тем, чтобы собственная артерия червеобразного отростка обязательно вошла в лигатуру. При рыхлой и отечной брыжеечке лучше накладывать лигатуру на нее с предварительным прошиванием, что предотвратит в последующем ее соскальзывание.

Перевязав брыжеечку, отсекают ее от отростка на всем протяжении. Вслед за этим пережимают зажимом основание червеобразного отростка, перевязывают его тонким кетгутом (викрилом, либо другой рассасывающейся нитью). Червеобразный отросток отводят кверху и, от­ступя 1-1,5 см от его основания, накладывают круговой (кисетный) серозно-мышечный шов, для чего используют синтетическую нить 3/00 или 4/00 на атравматической игле. Манипуляция эта очень ответ­ственна, так как при глубоком проведении нити возможен сквозной про­кол слепой кишки. В связи с этим необходимо следить, чтобы используе­мая для кисетного шва игла четко контурировалась в стенке слепой кишки при каждом вколе и выколе. Затем накладывают зажим на 0,3-0,5 см выше наложенной лигатуры и червеобразный отросток отсекают (рис. 5.3-В). Культю червеобразного отростка смазывают 5 % спиртовым раствором йода, затем помощник захватывает ее анатомическим пинцетом и погружа­ет внутрь кисетного шва, который затягивает хирург. Поверх кисетного шва, аналогичной синтетической нитью на атравматической игле накладывают ещё один Z-образный серо-серозный шов. После этого купол слепой кишки погружают в брюшную полость.

При выполнении указанных манипуляций необходимо помнить следую­щее: 1)нельзя перевязывать основание червеобразного отростка шелком, так как нерассасывающаяся нить может вызвать образование абсцесса в той зам­кнутой инфицированной полости, которая образуется после инвагинации культи червеобразного отростка. В тех же условиях быстро рассасывающая­ся нить не будет служить препятствием к опорожнению образовавшегося абсцесса в просвет слепой кишки; 2) не следует вместо обычного кисетного шва применять так называемые самопогружающие швы, поскольку при этом неизменно происходит инфицирование погружающей лигатуры, следстви­ем чего может быть возникновение абсцесса или даже перитонита; 3)нельзя подвязывать к погружающим лигатурам культю брыжеечки, так как это при­водит к деформациям илеоцекального угла и к нарушению пассажа кишеч­ного содержимого вплоть до развития кишечной непроходимости. Погруже­ние культи червеобразного отростка наряду с наложением лигатуры на бры­жеечку является наиболее ответственным этапом аппендэктомии. Эта мани­пуляция не всегда легко выполнима при сопутствующих явлениях тифлита, т. е. при воспалительно-инфильтрированном куполе слепой кишки. В этих условиях приходится погружать культю двумя шелковыми полукисетами или даже отдельными швами. Редко вследствие значительной ригидности стенки слепой кишки погрузить культю не удается совсем, и тогда на нее на­кладывают лигатуру нерассасывающейся нитью, выжигают выступающую слизистую оболочку электрокоагуляцией и оставляют культю свободной в брюшной полости. Если все же нет уверенности в надежном наложении ли­гатуры на культю, то к ней подводят перчаточно-марлевый тампон. Иногда при ненадежном закрытии культи допустима экстраперитонизация зоны культи (по типу цекостомии).

После вправления выведенной для манипуляций слепой кишки тща­тельно осушают брюшную полость от выпота. Вслед за этим производят кон­троль гемостаза, опустив в брюшную полость тампон или узкую марлевую полоску. Если марля остается без следов крови, можно быть уверенным в том, что гемостаз полный и приступать к ушиванию раны брюшной стенки.

Вначале ушивают брюшину. Если разрез брюшины небольшой, то его ушивают единственным кетгутовым швом, который герметически затяги­вают ниже зажимов, удерживающих брюшину; при больших разрезах на брюшину накладывают непрерывный шов. После ушивания брюшины рану промывают физиологическм раствором для удаления обрывков тка­ней, остатков крови и инфицированного выпота. Разделенные внутрен­нюю косую и поперечную мышцы ушивают отдельными швами, при этом, как правило, требуется не более двух-трех швов. Апоневроз наружной ко­сой мышцы живота ушивают отдельными синтетическими или шелковы­ми швами. На подкожную жировую клетчатку, в которой находится повер­хностная фасция, накладывают отдельные тонкие швы. Кожу ушивают от­дельными шёлковыми швами.

Ретроградная аппендэктомия выполняется при невозможности вы­ведения всего червеобразного отростка за пределы брюшной полости. В этом случае тщательно изолируют операционную рану салфетками, при отсутствии наркоза производят анестезию брыжеечки и подводят под ос­нование червеобразного отростка влажную марлевую тесемку. Затем, ис­пользуя образовавшееся в брыжеечке отверстие, на основание червеоб­разного отростка накладывают два зажима и червеобразный отросток пе­ресекают между ними . Вскрытый просвет червеобразного от­ростка смазывают с обеих сторон 5 % спиртовым раствором йода. Под на­ложенным зажимом перевязывают культю червеобразного отростка и по­гружают её пинцетом в предварительно наложенный кисетный шов. Сверху дополнительно накладывают серо-серозный Z-образный шелковый шов. Так же как и при антеградной аппендэктомии, для швов, погружающих культю отростка, целесообразно использовать нить с атравматической иглой.

Погрузив культю червеобразного отростка, вправляют купол слепой кишки в брюшную полость и, отводя его вверх, получают больший простор для последующих манипуляций. Затем, поэтапно накладывая на брыжеечку зажимы, отсекают от нее и удаляют червеобразный отросток. По мере выделения червеобразного отростка рассекают также фиксирующие его сращения, особенно вблизи верхушки. Взятые в зажимы пряди брыжеечки перевязывают, лучше всего с прошиванием. Таким образом, брыжеечка оказывается перевязанной не одной, а несколькими лигатурами.

Дальнейший ход оперативного вмешательства не отличается от антеградной аппендэктомии.

Ретроперитонеальная аппендэктомия. В редких случаях червеоб­разный отросток или дистальная часть его располагается забрюшинно. В связи с этим удаление забрюшинно расположенного отростка является наиболее трудным вариантом аппендэктомии. Встретившись с подобной аномалией, поступают следующим образом. Расширяют оперативный дос­туп за счет максимального разведения внутренней косой и поперечной мышц и надсечения края влагалища прямой мышцы.

Затем под основание червеобразного отростка подводят марлевую те­семку и мобилизуют купол слепой кишки, рассекая париетальную брюши­ну бокового канала и отодвигая слепую кишку медиально. Проникнув та­ким путем в позадислепокишечную клетчатку, осторожно выделяют из нее дистальную часть отростка. При этом особое внимание обращают на гемо­стаз, так как лишенный серозного покрова червеобразный отросток интим­но сращен с окружающей клетчаткой. В этой же клетчатке проходит и арте­рия червеобразного отростка, которую обязательно нужно отыскать и на­ложить на нее лигатуру. После выделения всего червеобразного отростка и перевязки артерии выполняют аппендэктомию. Вслед за этим ушивают непрерывным швом рассеченную париетальную брюшину.

Особенности хирургического вмешательства при различных фор­мах острого аппендицита. Несмотря на то, что техника аппендэктомии принципиально одинакова для всех случаев острого аппендицита, все же при различных стадиях заболевания приходится применять в процессе операции ряд дополнительных технических приемов. Так, производя вмешательство по поводу катарального аппендицита, всегда следует придер­живаться следующего правила: нельзя удалять червеобразный отросток, не убедившись в том, что изменения в нем не являются вторичными и не вызваны воспалительным процессом в окружающих органах.

Известно, что богатый лимфоидной тканью червеобразный отросток довольно ак­тивно реагирует на любой воспалительный процесс в брюшной полости, что может создать визуальную картину катарального аппендицита. Эта реакция лимфоидного аппарата отростка носит содружественный характер; она исчезает по мере ликвидации основного воспалительного процесса и, таким образом, не имеет самостоятельного значения. В клинической практике подобное состояние червеобразного отростка по­лучило название «вторичного» аппендицита.

Ревизию окружающих органов начинают с осмотра подвздошной киш­ки, для чего в брыжейку её вводят 80-100 мл 0,25 % раствора новокаина. Поэтапно выводя в рану, осматривают не менее 1 м подвздошной кишки, для того чтобы убедиться в отсутствии терминального илеита, воспаленно­го дивертикула Меккеля и более редких причин воспаления (массивный аскаридоз, перфорация рыбьей костью и др). Затем осматривают близлежащие отделы толстой кишки с целью исключения язвенного колита, дивертикулита или другого её поражения.

У женщин наиболее часто «вторичный» аппендицит сопутствует вос­палению гениталий. Исходя из этого, в каждом случае катаральной формы острого аппендицита у женщин необходимо производить ревизию внут­ренних половых органов.

С этой целью больной придают положение Тренделенбурга (опускают головной конец операционного стола), при необходимости расширяют рану, а затем в медиальный угол раны вводят длинный тупой крючок (гинекологический подъемник), которым приподнимают брюш­ную стенку. Одновременно одним или двумя тампонами отводят кверху петли кишок. Как правило, удается осмотреть матку и ее правые придатки. Вслед за этим, введя палец в нижний угол раны, производят пальпаторную ревизию гениталий.

Лишь убедившись в отсутствии основного воспалительного очага в ок­ружающих органах, приступают к аппендэктомии. Еще более справедли­вым это правило остается для тех случаев, когда вместо предполагаемого острого аппендицита в брюшной полости находят практически неизменен­ный червеобразный отросток. При подобном несоответствии клинической картины заболевания и операционной находки стремление к удалению червеобразного отростка во что бы то ни стало нередко приводит в после­дующем к значительным затруднениям в распознавании основного заболе­вания и опозданию с применением рационального лечения.

Операция по поводу флегмонозного аппендицита чаще всего не таит в себе каких-либо особенностей, поскольку при наличии явных воспалитель­ных изменений в червеобразном отростке нет необходимости в дополни­тельной ревизии брюшной полости. Однако вовлечение в воспалительный процесс серозного покрова червеобразного отростка нередко сопровождает­ся появлением более или менее значительного выпота в правой подвздош­ной ямке. В связи с этим необходимо, во-первых взять экссудат для посева на микрофлору, а во-вторых, тщательно осушить правый боковой канал, подвздошную ямку и малый таз (дугласово пространство) от скопившегося выпота. Если жидкость в брюшной полости мутная и имеет гноевидный ха­рактер, то целесообразно после аппендэктомии и осушения правых отделов живота парентерально ввести антибиотики, действующие на кишечную флору. При уверенности в тщательном и полном удалении флегмонозно-измененного червеобразного отростка и отсутствии заметного выпота, допустимо глухое зашивание операционной раны. В случае же нали­чия в брюшной полости выпота, особенно мутного имеются прямые показа­ния к оставлению в брюшной полости дренажа. Его целесообразно провести через небольшую контрапертуру вне операционной раны во избежание ее инфицирования и последующего нагноения. Дренаж оставляют на 3-4 дня для введения антисептиков в послеоперационном периоде.

При операции по поводу гангренозного аппендицита нередко прихо­дится сталкиваться с рядом технических трудностей. Они обусловлены значительными изменениями, во-первых, в самом отростке, который под­вергается некрозу; во-вторых, в брыжеечке отростка, которая становится рыхлой и легко рвется, и, наконец, в окружающих тканях (сальнике, ки­шечнике), которые подвергаются отеку, спаиваются с червеобразным от­ростком и вследствие этого существенно изменяют анатомические взаимо­отношения в правой подвздошной области. В связи с этим оперативный доступ для удаления гангренозно-измененного червеобразного отростка должен быть достаточно широким (при необходимости следует рассечь пе­реднюю стенку влагалища прямой мышцы живота). После выведения ку­пола слепой кишки в рану под основание червеобразного отростка подво­дят влажную марлевую полоску-держалку и далее тупым путем с помощью маленького влажного (препаровочного) тупфера осторожно отделяют дистальную часть червеобразного отростка от окружающих органов. Таким путем удается избежать разрыва рыхлого легко ранимого червеобразного отростка и полностью вывести его в рану. Затем рану еще раз изолируют марлевыми салфетками и производят аппендэктомию, соблюдая также из­вестную осторожность при наложении лигатуры на брыжеечку червеоб­разного отростка.

Брюшную полость тщательно осушают от выпота. Оставление дренажа в брюшной полости при гангренозном аппендиците обязательно.

При невозможности полного гемостаза или неполном удалении некротизированных тканей, помимо дренажа вводят тампон в брюшную по­лость, который выводят вместе с дренажом через основную рану, частично ушивая ее.

Антибактериальная терапия при гангренозном аппендиците проводит­ся в обязательном порядке. Длительность терапии определя­ется регрессом признаков системной воспалительной реакции.

Оперативное вмешательство по поводу перфоративного аппенди­цита должно быть выполнено широким доступом для облегчения аппендэктомии, полного удаления некротических тканей и тщательного туалета брюшной полости. Этим требованиям не всегда отвечает обыч­ный косой переменный разрез в правой подвздошной области. В связи с этим, если до операции установлен диагноз перфоративной формы ост­рого аппендицита и налицо признаки перитонита в нижних отделах жи­вота, то в качестве оперативного доступа следует избрать нижнесрединную лапаротомию. Она позволяет визуально оценить состояние брюшной полости, а также дает необходимый простор для выполнения хирургических манипуляций.

Дренирование брюшной полости при перфоративном аппендиците обя­зательно. При уверенности в полном удалении гноя и некротизированных тканей и после соответствующего промывания брюшной полости к ложу червеобразного отростка подводят трубчатый дренаж, который целесооб­разно, как и в остальных случаях, вывести через контрапертуру вне опера­ционной раны. Если же во время вмешательства обнаружены явления вы­раженного местного перитонита с затеканием выпота в сторону таза, то ус­танавливают два дренажа: один из них направляют к ложу червеобразного отростка, а другой - в сторону пространства малого таза.

Иногда при больших сроках заболевания и выраженных пластических свойствах брюшины вокруг перфорированного отростка образуется огра­ниченный гнойник, стенками которого служат сальник и окружающие органы. В этом случае удаление отростка становится возможным только при относительно свободном его расположении в полости гнойника, в дру­гих случаях форсировать мобилизацию и удаление отростка не следует. Однако в любом случае показано дренирование и тампонада полости гной­ника, причем в указанной ситуации и тампон, и дренаж предпочтительнее вывести через основную рану в правой подвздошной области, несколько сузив ее швами.

Особенности оперативного вмешательства по поводу распространенно­го перитонита аппендикулярного происхождения изложены в главе XIII.

Отдельно следует рассмотреть вопрос о тампонаде брюшной полости при аппендэктомии. Принципиально существуют следующие показания к оставлению тампона в брюшной полости: 1) невозможность или отсут­ствие уверенности в полном внутрибрюшинном гемостазе (капиллярное кровотечение), что может встретиться, например, при гангренозном ап­пендиците; 2) невозможность удаления воспаленного червеобразного отрос­тка или части его. Первое может наблюдаться при ошибочной операции в стадии аппендикулярного инфильтрата, второе - при случайном отрыве глубоко фиксированной в брюшной полости верхушки червеобразного отрос­тка, которую невозможно удалить; 3) наличие сформированного аппенди­кулярного гнойника; 4) наличие флегмоны забрюшинной клетчатки. Незави­симо от показаний введение тампона следует всегда сопровождать введе­нием трубчатого дренажа.

Тампоны, установленные в брюшной полости, нельзя подтягивать (а тем более извлекать!) ранее 5-6-го дня после операции, так как только к этому времени вокруг них образуется прочный дренажный канал. Спустя

лее удобен, чем косой переменный разрез. Вместе с тем при доступе Леннандера неизбежно приходится пересекать боковые ветви сегментарных нервов, что приводит в последующем к значительной релаксации брюш­ной стенки. Кроме того, денервированная прямая мышца и тонкие листки ее влагалища не столь хорошо противостоят инфекции, как мощные мышечно-апоневротические образования в правой подвздошной области. В результате имеется повышенная опасность нагноения раны и в последую­щем - образования послеоперационной грыжи.

В связи с указанными обстоятельствами параректальным доступом нужно пользоваться только в тех случаях, когда в этом имеется настоятель­ная необходимость, т. е. при сомнении в диагнозе или подозрении на сочетанную патологию.

При явных признаках локализации предполагаемого воспалительного процесса в нижнем этаже брюшной полости предпочтительнее избрать нижнесрединный доступ.

В конце прошлого века в клиническую практику широко внедрен метод диагностической лапароскопии. Ценность этого метода особенно велика в экстренной хирургии, в частности при заболеваниях, дающих картину ост­рого живота. Непосредственный осмотр брюшной полости позволяет свес­ти к минимуму риск неверного диагноза и избрать наиболее рациональный оперативный доступ в зависимости от найденной патологии.

Если диагноз установлен, то при наличии в операционной специальной видеостойки, набора инструментов для лапароскопических вмешательств и подготовленного хирурга при катаральной и флегмонозной форме допу­стимо выполнение лапароскопической аппендэктомии. Однако при ганг­ренозном и перфоративном аппендиците лапароскопическая операция чревата повышенным риском отрыва и фрагментации деструктивно изме­ненного отростка. Точно так же следует предостеречь от лапароскопичес­кой аппендэктомии при выраженном локальном спаечном процессе из-за высокого риска повреждения соседних органов.

Оперативное вмешательство при ошибочном диагнозе острого ап­пендицита. В некоторых случаях клиническая картина заболевания на­столько симулирует острый аппендицит, что до операции не возникает со­мнений в диагнозе и ошибку обнаруживают непосредственно во время неё. В подобных случаях возникает необходимость изменения плана оператив­ного вмешательства, для которого первоначально был избран доступ Волковича-Дьяконова. Симулировать острый аппендицит могут прикрытое прободение язвы желудка или двенадцатиперстной кишки, острый холе­цистит, терминальный илеит, воспаление дивертикула Меккеля, воспали­тельные процессы в женских половых органах и др.

В случае прикрытого прободения желудочной или дуоденальной язвы в правой подвздошной ямке нередко обнаруживают довольно значительное количество мутно­го выпота серого цвета с кисловатым запахом. Предлежащие отделы кишечника и чер­веобразный отросток равномерно гиперемированы, что является общей реакцией брюшины на излившееся желудочное содержимое. В некоторых случаях в выпоте уда­ется заметить кусочки пищи, что достоверно свидетельствует о несомненной высокой перфорации пищеварительного тракта. Если же сомнения остаются, то прибегают к исследованию выпота с помощью лакмусовой бумажки. Ее интенсивное покраснение указывает на наличие кислого содержимого и таким образом подтверждает перфора­цию желудка или двенадцатиперстной кишки. Если операция начата под местной ане­стезией, то с этого момента переходят к наркозу, производят верхнесрединную лапаротомию и по показаниям - ушивание прободного отверстия с возможной селективной ваготомией. Произведенный первоначально разрез в правой подвздошной области не ушивают до конца операции, в него временно вводят два марлевых тампона (в правый боковой канал и в полость малого таза), которые впитывают выпот во время манипу­ляций на верхнем этаже брюшной полости. Лишь после зашивания верхнесрединной раны удаляют тампоны и ушивают рану в правой подвздошной области, оставив при необходимости дренажи.

В случае острого холецистита в правой подвздошной ямке находят желтоватый выпот и малоизмененный червеобразный отросток. Наличие желчного выпота несом­ненно свидетельствует о воспалительном процессе в желчевыводящих путях или под­желудочной железе. Точно так же, как и при прободении язвы, если операция начата разрезом Волковича-Дьяконова, в нижний этаж брюшной полости вводят временно два марлевых тампона, которые оставляют до конца операции. Больному дают наркоз и производят разрез в правом подреберье или выполняют срединную лапаротомию. Дальнейший объем оперативного вмешательства зависит от характера обнаруженной патологии. Рану в правой подвздошной области ушивают в последнюю очередь.

В случае терминального илеита (болезнь Крона) в брюшной полости кроме выпо­та находят утолщенный и гиперемированный участок подвздошной кишки, располага­ющийся на различном расстоянии от илеоцекального угла. В связи с относительной мобильностью и доступностью подвздошной кишки каких-либо дополнительных раз­резов не делают и все манипуляции производят через первоначальный разрез с воз­можным его расширением.

В начальных стадиях заболевания процесс в кишке обратим, поэтому пораженный участок не удаляют. В брыжейку кишки вводят 100-150 мл 0,25 % раствора новокаина и кишку вновь вправляют в брюшную полость. При значительном же изменении под­вздошной кишки производят ее резекцию с анастомозом конец в конец или бок в бок. Наряду с этим при болезни Крона нередко наблюдаются воспалительные изменения в червеобразном отростке вплоть до развития деструктивного аппендицита, что служит показанием к аппендэктомии. В любом случае при болезни Крона в брюшной полости на 2-3 дня оставляют через контрапертуру дренаж для введения антисептиков.

В случае воспаления дивертикула Меккеля в правой подвздошной ямке также нередко находят воспалительный выпот и вторично измененный, гиперемированный червеобразный отросток. В этом случае, производя ревизию подвздошной кишки, можно обнаружить дивертикул Меккеля, который обычно располагается на расстоя­нии 40-80 см от илеоцекального угла. Дивертикул, являющийся рудиментом желточно-кишечного протока, свисает, как правило, в виде слепого отростка со свободного края кишки, но иногда он бывает связан с пупочным кольцом посредством соедини­тельнотканного тяжа.

Обнаруженный рудимент подлежит удалению. При узком основании дивертикула его перевязывают кетгутом, отсекают и культю погружают в кисетный шелковый шов аналогично аппендэктомии. При широком основании производят клиновидную резек­цию кишки, при деструктивном воспалении дивертикула производят более обширную резекцию кишки с прилежащей брыжейкой.

Если во время операции вместо ожидаемого острого аппендицита обнаруживают какое-либо гинекологическое заболевание, то доступ Волковича-Дьяконова оказыва­ется явно недостаточным для детальной оценки патологического процесса и оператив­ного вмешательства. Однако этот доступ может быть довольно легко расширен книзу.

Делают это следующим образом: больной придают положение Тренделенбурга, и от нижнего угла раны продолжают кожный разрез параллельно наружному краю пря­мой мышцы до лобковой кости, затем от медиального угла разведенных мышц надсе­кают край влагалища прямой мышцы и далее книзу вскрывают его передний листок. Прямую мышцу отводят медиально, вскрывают задний листок влагалища, а затем и брюшину. Производя эту последнюю манипуляцию, следует быть особенно внима­тельным в отношении мочевого пузыря, верхний полюс которого находится под зад­ним листком влагалища прямой мышцы в нижнем углу раны.

Таким образом, указанный разрез представляет собой комбинацию косого пере­менного и параректального доступов. Он менее удобен, чем срединная лапаротомия, но все же вполне достаточен для вмешательства на матке и обоих ее придатках.

В описанных выше случаях, когда хирург убеждается в ошибочности диагноза острого аппендицита только во время операции, выполнение так называемой попутной аппендэктомии нежелательно. Помимо того, что эта манипуляция увеличивает продолжительность оперативного вмешатель­ства, неизбежное вскрытие просвета червеобразного отростка создает до­полнительную угрозу инфицирования брюшной полости. Еще более неже­лательно начинать операцию с удаления малоизмененного, но легко дос­тупного, червеобразного отростка и затем уже прибегать к поискам основ­ной патологии. В указанных случаях оставление у больного червеобразно­го отростка при использовании аппендикулярного доступа по Волковичу-Дьяконову должно найти отражение в документации, а сам больной дол­жен быть об этом настоятельно предупрежден. Равным образом и выполне­ние аппендэктомии из нехарактерного, например, нижнесрединного досту­па также должно быть отражено в документации, и больной должен быть поставлен об этом в известность.

Особо следует остановиться на том случае, когда во время оперативно­го вмешательства обнаруживают аппендикулярный инфильтрат, не рас­познанный до операции. Выделять из плотного сформированного инфиль­трата червеобразный отросток недопустимо, так как при этом не только легко можно повредить инфильтрированную и трудно дифференцируемую кишку, но и, разрушив защитный барьер, способствовать возникнове­нию разлитого перитонита.

В связи с этим, обнаружив аппендикулярный инфильтрат, ограничива­ются оставлением трубчатого дренажа, а также подведением к инфильтра­ту перчаточно-марлевых тампонов. Делают это обычно через основную рану, которую зашивают лишь частично. Иногда при ощупывании ин­фильтрата удается выявить участок размягчения, что является несомнен­ным признаком формирующегося гнойника. В этом случае очень осторож­но тупым путем идут по париетальной брюшине боковой стенки живота и подвздошной ямки, отодвигая инфильтрат медиально. Чаще всего таким способом удается вскрыть и дренировать аппендикулярный гнойник. Ра­зумеется, в указанной ситуации поиски червеобразного отростка также не оправданы.

Послеоперационный период

Аппендэктомию принято считать одной из легких полостных опера­ций. Это справедливо для большинства случаев неосложненного аппенди­цита, однако нетипичное расположение червеобразного отростка, наличие деструктивного процесса и перитонита могут не только существенно зат­руднить операцию, но и повлечь за собой возникновение тяжелых после­операционных осложнений. В связи с этим послеоперационный период при аппендэктомии требует не меньшего внимания, чем при любой другой операции на желудочно-кишечном тракте.

Осложнения острого аппендицита

К осложнениям острого аппендицита относятся аппендикулярный ин­фильтрат, локальные абсцессы в брюшной полости (межкишечный, тазо­вый, поддиафрагмалъный), разлитой гнойный перитонит и септический тромбофлебит воротной вены и ее притоков (пилефлебит).

Термином «аппендикулярный инфильтрат» принято обозначать конгломерат рыхло спаянных между собой органов и тканей, располагаю­щихся вокруг воспаленного червеобразного отростка. В образовании его принимает участие париетальная брюшина, большой сальник, слепая киш­ка и петли тонкого кишечника.

Если Вы не нашли необходимую информацию на данной странице, пожалуйста, воспользуйтесь поиском по сайту.
Лучшее
Оставьте свой отзыв
Вверх